«Я как будто бы Мария Магдалена. Я опозорена, я боюсь, что дальше будет только хуже».
«Я как будто бы Мария Магдалена. Я опозорена, я боюсь, что дальше будет только хуже». Клиентка, женщина 34 года. В браке 2 года. Она работает в сфере дизайна, имеет разовые заказы. Параллельно занимается помощью людям в качестве экстрасенса. Поддерживает имидж через определенный дресс-код: черные волосы, яркий макияж. Жалобы на бессонницу: трудное засыпание, навязчивые мысли перед сном в виде голосов и суицидальные мысли. На момент обращения она говорит: «Я как будто бы Мария Магдалена. Я опозорена, я боюсь, что дальше будет только хуже». С ее слов, окружающие считают ее шлюхой. Все как-будто осуждают за глаза, а в глаза обманывают и делают вид, что ничего не происходит. Ранее девушка регулярно обращалась к психологам, через полгода-год меняла специалистов. Из рассказа клиентки о себе. Ее родители оба работают в полиции. Мама имеет два высших образования. Отца девушка характеризует как хорошего, но очень пошлого человека. Когда ей было 5 лет, родители развелись, она осталась жить с родителями. Первый опыт быть опозоренной у клиентки случился в 8 лет. Летом мать отвезла ее к дедушке в деревню. Там у клиентки появились друзья: мальчик 7 лет и девочка 6 лет. Однажды у детей появился секрет: они играли в игры для взрослых, имитировали оральный секс. Маленькая девочка поделилась дома, и родители устроили разбирательство. Клиентка запомнила это чувство позора — липкое и неприятное. Все взрослые ругали клиентку, и впервые она почувствовала, что ее никто не защитил. Повторно опыт быть опозоренной женщина пережила в старших классах. В компании друзей был молодой человек, который проявлял к ней знаки внимания. И когда она отказала ему, сославшись на то, что у нее есть молодой человек, он стал распускать слухи о том, что она имеет приватные отношения с другими парнями из этой компании. История получила продолжение: ее стали травить в классе. Со слов женщины, травля продолжалась и в рабочих коллективах. Три года назад она приняла участие в практиках медитации. В группе к ней стал проявлять интерес мужчина. Сценарий с травлей повторился после того, как она предложила оставить отношения в плоскости дружбы. Со слов клиентки, этот мужчина стал распускать слухи не только о ней, но и о ее муже. Он разместил информацию о ней и о муже на сайте приватного содержания. Женщина уверена, что история позора — это история женщин ее рода. Из воспоминаний женщины, позор преследовал ее мать после развода с отцом. Опозоренной публично была бабушка по линии ее отца: про нее была опубликована статья, обличающая ее в непристойном поведении и вероисповедании, после чего бабушка в возрасте 55–60 лет совершила суицид. Разбор случая на супервизии позволил наметить следующую тактику работы: 1. Ввиду наличия навязчивых паранойяльных мыслей и наличия в семейном анамнезе суицида дальнейшую работу следует продолжать на фоне фармакотерапии и под контролем врача. 2. Психотерапию следует вести при условии устойчивой ремиссии. 3. Стоит прояснить, какую роль играл дедушка клиентки в первом случае «истории позора». 4. Прояснение гипотезы об опыте насилия в детстве. 5. Прояснить, в каком возрасте проявились у клиентки первые дебюты (если таковые были). 6. При условии устойчивой ремиссии и уверенности в том, что женщина критична, возможно совместно исследовать ее видения женских семейных историй с целью отследить связь со временем и эпохой для каждого отдельного семейного персонажа. Провести расклейку истории самой женщины и ее предшественниц.