РОДНЫЕ ПО КРОВИ 36
РОДНЫЕ ПО КРОВИ 36 Начало Физические армейские нагрузки были ему не под силу. А слабаки в любой казарме становились объектом издевательств и насмешек. Он с ужасом ждал выписки и невольно прощался с жизнью. Его разбудили среди тихого часа: "Рядовой Стешин, к тебе пришли». «Кто?» - Семен был немало удивлен, что к нему посетители. - Отставить вопросы. - Есть, отставить вопросы. Семен сразу узнал Сидора. Руки парня предательски вспотели, лоб покрыла испарина. - Что, Семка, думал скрыться. А получилось вон как. Ухайдакали, значит, тебя. А жить-то , поди, хочется. Не надо было поперек хозяина идти. Купался бы сейчас, как сыр в масле. Не захотел. Побоялся руки измарать. - Зачем пришел? - Должок за тобой, Сема. Думал, спрячешься, все забудется. Нет, Сема. Игорь Николаевич все помнит: и как в люди тебя вывел, и как ты, вместо благодарности, его кинул. Но зла не держит. Знает, по дурости ты это сделал. По неопытности. Сейчас-то, поди, поумнел. Игорь Николаевич помочь тебе хочет. - Не нужна мне его помощь. - Не горячись, Семка. Выслушай. Игорь Николаевич жизнь тебе спасти хочет. Сам, наверное, соображаешь, что здесь тебе не выжить. А Игорь Николаевич тебе свободу предлагает. - Красть машины не буду. - Ишь, какой гордый. Сопляк. Сейчас речь не о машинах. В бизнес Игоря Николаевича тебе дороги нет. Забудь об этом навсегда. Будешь кудахтать, останешься без языка. Или без башки. Сейчас другое дело. Уехать тебе надо, исчезнуть. И жениться. - Так просто? - Так, да не так. Жена тебя уже ждет. - Какая жена? Не надо мне никого. И жениться я не собираюсь. - А тебя, Сема, спрашивать никто не будет. Вопрос решенный. Не хочешь – возвращайся в казарму. Только оттуда тебя уже не в больничку понесут, а на кладбище. - Кто она? - Вот так то лучше. Нормальная девка. Нищая, правда. Такая же, как ты. Два сапога – пара. Распишитесь, будете жить под одной крышей. Хотите – вместе спите, хотите – врозь. Сидор заржал, разбрызгивая слюну. Семена передернуло. - Она, что, уродина? - Много вопросов задаешь, Сема. Свой лимит уже исчерпал. Короче, на той неделе – в ЗАГС и на поезд. Билеты куплены, за квартиру уплочено. А дальше – сами. Если нос кто из вас высунет – оторвем сразу. Понял ли, Сема? Сидор похлопал Семена по плечу. Тот увернулся. Подумал, что есть возможность вырваться на свободу. А там что-нибудь придумает. Сидор не стал ждать ответа. Повернулся, пошел к двери. Остановился: «Игоря Николаевича благодари, он за тебя, тварь не благодарную, еще хлопочет». Сидор зашел к сослуживцам солдата. Старшему, с кем договаривались, что тот прижмет Семена, отдал вторую половину суммы. Поблагодарил: дело свое тот сделал хорошо. Получил Сидор немного покалеченного, а потому сговорчивого Семку. Такого, какого и требовалось. Об этом и доложил Игорю Николаевичу. Тот удовлетворенно потер руки. Вышло так, как он и задумывал. Радовался, что не взял грех убить нерожденное родное дите. И девку сбудет с глаз долой, подальше от Влада. Даже если и суждено будет им встретится, вряд ли сын простит этой Саше ее замужество. Главное, что сейчас о ее беременности он ничего не знает. Да и никто не знает.