Хоррор: Цикл зверя
Хоррор: Цикл зверя В старой прозекторской районной больницы города Лесогорска пахло формалином, мокрой штукатуркой и сырым, тяжелым духом близкого болота, который пробивался даже сквозь запах хлорки. Одноэтажный кирпичный корпус морга стоял на самом отшибе больничного двора, упираясь глухой задней стеной прямо в покосившийся бетонный забор, за которым начиналась темная, бесконечная стена карельской тайги. Судмедэксперт Илья Сергеевич Корнев любил это место именно за тишину. В пятьдесят два года, после двадцати лет работы в областном убойном отделе и тяжелого развода, мертвые казались ему куда более приятными и честными собеседниками, чем живые. Мертвые не врали на допросах, не жаловались на судьбу и всегда молча хранили на своей коже и костях точную летопись того, что с ними произошло в последние секунды жизни. Нужно было только уметь читать этот почерк. Но то, что лежало перед ним на оцинкованном секционном столе под холодным светом бестеневой лампы в пятницу, девятого октября, не укладывалось ни в один учебник судебной медицины, ни в один атлас криминалистики. Это было тело сорокалетнего лесозаготовителя Семена Круглова, которого утром нашли грибники на старой узкоколейке в четырех километрах от городской свалки. И это была уже третья жертва за последние три месяца. Первую — ночного сторожа лодочной станции — нашли десятого августа. Вторую — припозднившегося дачника на проселке за рекой — восьмого сентября. И вот теперь, девятого октября, точно день в день по лунному календарю, через двадцать девять с половиной суток, на секционном столе Корнева лежал третий труп с абсолютно идентичным, жутким почерком повреждений. В дверях секционной скрипнула пружина. Вошел старший оперуполномоченный районного отдела полиции капитан Павел Громов — высокий, усталый тридцатипятилетний мужчина в потертой кожаной куртке, с красными от трехдневного недосыпа глазами и папкой протоколов под мышкой. Павел остановился у порога, не подходя близко к столу, достал сигарету, но, вспомнив строгий запрет эксперта курить в зале, сунул ее обратно в пачку. — Ну что скажешь, Сергеич? —…