🔀 ГЛАЗАМИ РЕГИНЫ
🔀 ГЛАЗАМИ РЕГИНЫ К истории «Сообщение удалено». Мария одна растит сына, теряет временную ставку и решает удержаться на работе любой ценой. В шесть на её ноутбуке всплыло окошко: «Мария Максимовна, зайдите в третью». Я натягивала пальто и прочитала через плечо. Не подглядывала. Я этого окошка ждала. — Пойдёшь? — спросила я. — Он же не отстанет. Она ответила, что ставка у неё есть и что отстыдилась она ещё в сентябре. Сказала хорошо, громко, как будто мне. Взяла сумку и пошла к стеклянной двери. Про сентябрь я поняла в марте, на кухне. Рассказывала про мужа у ресепшена. Я договорила, вытерла кружку и ушла смотреть, как кормят сына. Ничего не спросила. Спрашивать было нечего. В обед Степан Игоревич положил мне на стол её договоры за квартал и подбил стопку о край, пока она не легла ровно. — Регина, посмотрите свежим глазом. Вы у нас после перерыва, вам виднее. Я не спросила зачем. Старший у меня в первом классе и уже дерётся, младший пока узнаёт меня по видеосвязи, а ставка в отделе одна на человека, как и была. Говорят, работу найти можно. Я в декрете ночами листала вакансии: кормила и листала. А потом вернулась сюда, на свой стул. Он был подкручен под чужой рост, гигиенической помады в ящике не было, на мониторе остался след от скотча. Договоры у неё чистые, это правда. Я проверила два раза, как и она. Потом ещё раз, медленно. И нашла Лукойл: штраф мелким шрифтом, в приложении, которое никто не открывает. Про лукойловские договоры в отделе знали все. Она тоже знала. За стеклом третьей переговорки он сидел боком к столу. Она стояла. Слов слышно не было, только видно было, что он не поднимает глаз. Я сняла пальто и повесила его на спинку стула. Опустила сиденье под себя. Сложила её договоры, лукойловский положила сверху и подбила стопку о стол, пока края не легли ровно. Потом ещё раз, хотя они давно уже были ровными. Сегодня в 13:00 — начало новой истории. Подпишитесь, чтобы не пропустить.