📖 НАЧАЛО ИСТОРИИ
📖 НАЧАЛО ИСТОРИИ «Опустила» Последнее сообщение от мужа пришло ближе к полуночи: «Не жди. И хватит строчить, как бабка у подъезда». Под ним в мессенджере шёл столбик моих: «ты где», «возьми трубку», «Егор, живот тянет», «ладно, отпустило». Под каждым стояла серая галочка, и ни одна не посинела. Я лежала одна на двуспальной кровати в санатории под Анапой, на шестом месяце. Считала, хотя считать было нечего. Первого числа хозяйке московской квартиры надо перевести сорок пять тысяч. С весны переводила я, и только я. Егору двадцать восемь, у него своя мастерская, которая, по его словам, работает круглосуточно. Деньги в дом он перестал давать ровно тогда, когда на тесте проступила вторая полоска. С тех пор наша съёмная квартира, будущая детская в углу у окна и сам брак держались на моих переводах. Весной в аптеке мне пробили витамины для беременных дороже, чем на ценнике. Я не отошла от кассы, пока не вернули разницу, и очередь всё это время смотрела мне в спину. Чек я потом положила в папку. Там по датам лежат все мои чеки за то, на что он не дал. В кабинете меня взвесили. Врач, крупная женщина с закатанными рукавами, посмотрела на цифру и потом на меня поверх очков. — Лежите много. Вам ходить надо, час в день по набережной, не меньше. Ребёнку кислород нужен, а вам ноги. Муж пусть водит. И ведь права она была. За неделю я дальше бювета не доходила. Возьму стаканчик тёплой солёной воды, выпью через трубочку и обратно в номер, под кондиционер. Только в ушах опять зазвучало зимнее. Я тогда с температурой еле держалась на стуле, а Егор постоял в дверях и сказал: развалилась, как корова, посмотри на себя в зеркало. Потом было про утренние пробежки. Потом что я тупая и ничего не умею. Как-то же я до него дожила, сама себя кормила и не бедствовала. — Хорошо, — сказала я врачу. — Буду ходить. За завтраком нас было трое за столиком у окна: я, пустой стул Егора и соседка. Это пожилая женщина с палочкой, которая каждое утро в шесть ходит к морю «на рассвет». Она намазала масло на хлеб ровно до края, отложила нож и сказала, не глядя на меня: — Ваш-то опять в машине ночевал. На стоянке за корпусом. Сидит, лицо от телефона синее. Я постучать хотела, да неловко. Что было дальше — целиком по кнопке.