Чистый бокал
Чистый бокал Два года декрета превратили Аню в функцию: покормить, уложить, постирать. Её личная батарейка давно показывала один процент, но сегодня она впервые решила выйти в бар с подругами. — Я в «Сойку», — сказала она мужу Максиму. Муж и свекровь Тамара Игоревна обрушились на неё с упреками. Максим упрекнул в плохом тайминге, а свекровь назвала её плохой матерью и женой, обвинив в эгоизме. Искав защиты, Аня наткнулась на опущенный взгляд мужа — он был согласен с матерью. Аня молча переоделась в домашний халат, стерла помаду и туго скрутила волосы в пучок. Затем она перевела на свою карту квартальную премию мужа и открыла сайт по поиску работы. Порядок в семье восстановился: муж выдохнул, а свекровь победно пошла мыть посуду. Но из спальни раздался всхлип — проснулся сын Ваня. Максим не пошевелился. Аня закрыла вкладку с вакансиями, взяла ребенка на руки и села в кресло-качалку. Впервые за два года она не чувствовала ни вины, ни обиды, ни усталости — только звенящую пустоту чистого бокала, который ей так и не налили. Она точно знала, что завтра найдет няню, послезавтра выйдет на работу, а через месяц пойдет в «Сойку» одна. И выпьет ровно столько, сколько захочет её собственная душа.