Мамина сирень не прижилась на девятом этаже: почему Ольга Семёновна сбежала от Оксаны о...
Мамина сирень не прижилась на девятом этаже: почему Ольга Семёновна сбежала от Оксаны обратно в деревню Ольга Семёновна держалась три года, пока дочь Оксана, успешный городской юрист, не приехала с ультиматумом и рассказом о новой просторной квартире. Вспомнив больные артритом руки, ноющую спину и замёрзшую в буран калитку, женщина сдалась, позволив перевезти в город свои перины, сундук с отрезами и главное сокровище — горшок с корнем сирени, в котором жила душа её покойного мужа Степана. Первое утро в городе началось с оглушительного рёва мусоровоза в пять утра и холодного пластика батарей вместо привычной печи. На завтрак дочь предложила авокадо с яйцом пашот и доставку итальянских щей, в то время как мать искала погреб, чтобы достать из бочки огурцы, и безуспешно пыталась разрезать городским ножом свой кусок сала. День тянулся невыносимо: глаза слезились от шитья у окна, за которым вместо неба и огорода была лишь глухая серая стена соседнего корпуса. К обеду выяснилось, что консьержка выставила горшок с сиренью на помойку, сославшись на грязь и мошки, оставив привыкшие к колодезной воде корни оплетёнными чёрным строительным мешком. Вечером, когда Оксана ушла на йогу, строго наказав закрыться на два замка, Ольга Семёновна набрала номер соседа Коли. Услышав, что он уже замочил берёзовые веники для бани, она коротко бросила, что сейчас приедет, и начала собирать вещи. Оксана вернулась с запахом пачули в пустую квартиру, где на полу стояла лишь одна банка маринованных огурцов. На столе лежала записка: мать благодарила дочь за тёплый кран, но признавалась, что без родной земли задыхается, и просила не искать её. В Покровском Ольга Семёновна сидела на своей завалинке, дышала дымком от Колькиной бани и слушала, как на соседском участке надрывается от счастья петух, встречая такую родную и ничем не примечательную ночь.