Аня приехала в деревню потому, что больше не знала, куда ехать.
Аня приехала в деревню потому, что больше не знала, куда ехать. Это звучало почти смешно. В двадцать девять лет у неё был хороший ноутбук, съёмная квартира с большими окнами, работа, где все говорили «ресурс», «рост», «личные границы» и умели красиво объяснить, почему несчастье — это тоже этап развития. Аня тоже умела. Последние два года она читала всё подряд: психологию, философию, буддистские лекции, интервью с нейробиологами, книги о травмах поколений, осознанности, свободе воли и природе сознания. В какой-то момент на её тумбочке одновременно лежали «Братья Карамазовы», книга о квантовой физике и инструкция по дыхательным практикам. И всё равно по ночам она просыпалась с одной и той же мыслью: «Ну хорошо. А зачем всё это?» Не «зачем мне эта работа», не «зачем эти отношения», не «зачем вставать утром». А вообще. Зачем человек рождается, любит, теряет, боится, стареет — и потом исчезает? На эту мысль никто из умных людей в интернете не отвечал так, чтобы внутри переставало звенеть пустотой. В деревне жила её тётка, мамина двоюродная сестра. Дом остался ещё от бабушки: низкий, с синей калиткой, старой яблоней и крыльцом, которое скрипело даже тогда, когда на него садилась кошка. Тётка встретила Аню без вопросов. — Худющая стала, — только сказала она и поставила на стол кастрюлю с картошкой…