На банке с домашней кабачковой икрой вспучилась крышка. — 16 мая 2026 г. в 12:32:37.228
На банке с домашней кабачковой икрой вспучилась крышка. Я не стала её сразу выкидывать, осторожно вскрыла и осмотрела: на вид ничем не отличается от хорошей и пахнет вкусно. Осмелилась — лизнула с кончика чайной ложки. Рот наполнился слюной. Хороша! Но рисковать не стала. Отодвинула в уголок — решила, что вечером выкину, а банку помою. (нужно было время, чтобы смириться) Вечером за банку схватился муж. — Стой! — кинулась я к нему. — Нельзя! — Почему? — Она пропавшая. — Пахнет вкусно. — Это приманка. Она, как сирена, заманит тебя сейчас в свои сети, а потом ррраз — и капельница с промываниями. Муж почтительно отставил банку. Вечером я про неё забыла — так и оставила на столе. «Ну всё, — решила я с утра, — теперь ей точно хана». Но не успела я это подумать, как за банку схватилась дочь. — Стой! — кричу я ей по отрепетированному сценарию. — Не смей. Она пропавшая, к тому же ещё и ночь без холодильника стояла. — Но я есть хочу! — дочь оказалась настойчивей мужа. — Нельзя. — Она нормально пахнет. — Ну и что? — А мало ли с ней все в порядке, а ты её выкинешь? Это был аргумент. Перспектива лишиться поллитра самодельной кабачковой икры маминого засола расстраивала. — Тогда давай я её сама попробую, и если все нормально, то и вам разрешу. На том и сошлись. Я приготовила себе завтрак и проглотила ложку икры. Она оказалась сказочной, но недостаточной. Невзирая на перспективы мучительной смерти от пищевого отравления я съела ещё одну ложку. Потом ещё. И ещё. И ещё… А дальше все, как в тумане. — А где икра? — спросила уже вечером дочь. — Какая икра? — спохватился муж. — Кабачковая. — Её нельзя есть! — Нельзя, — согласилась дочь, — но кто-то съел, — она указала на осиротевшую банку. — Кто съел? — испугался муж. Самое страшное для него в жизни — это болезни родных. Очень непредсказуемый процесс, который ну никак не поддается контролю. А тут кто-то взял и целенаправленно подвергает себя риску. — Я, — пришлось признаться. — Ну и как тебе? Не мучает? — Живот? — Нет! Совесть! — Нет. Я же не из жадности, а от любви и беспокойство за ваше здоровье. Так что храните деньги в сберегательной кассе, а засолы — в погребе. Все трюки были совершены без дублеров и каскадеров. Никто из актеров не пострадал. Повторять не рекомендую.