Наследница торговой империи притворилась уборщицей, чтобы узнать правду об отце. Но она...
Наследница торговой империи притворилась уборщицей, чтобы узнать правду об отце. Но она не ожидала, что её ждёт (часть 1) Анна и представить не могла, что её размеренная, предсказуемая жизнь способна рухнуть в одночасье. Сейчас она стояла перед треснувшим зеркалом в тесной подсобке, где пахло хлоркой и сыростью, и поправляла на себе мешковатый синий халат, который болтался на ней, будто с чужого плеча. — Косынку затяни потуже, видишь, прядь выбивается, — приказала она своему отражению, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем она себя чувствовала. — Вот так: наследница целой торговой империи, а выглядишь как студентка, только что с ночной смены. Она горько усмехнулась, разглядывая в мутном стекле усталую, взлохмаченную девушку в чужой одежде, которая пахла дешёвой химией, — форму, как объяснили в отделе кадров, выдали со склада временно, до получения постоянной. Анна повертела в руках тяжёлую швабру и тяжело вздохнула, мысленно возвращаясь к событиям последних нескольких недель, которые перевернули всё, что она знала о себе и своей семье. Ещё три недели назад у неё не было ни этой швабры, ни даже намёка на то решение, которое привело её сюда, — только официальное письмо с гербовой печатью нотариальной конторы и давящее чувство пустоты в груди. Городская столовая, где Анна честно отработала три года помощником повара, не выдержала конкуренции, когда по соседству открылся сетевой фастфуд с демпинговыми ценами. Конкуренты попросту задавили маленькое заведение, задействовав все возможные рычаги, и хозяйке осталось лишь беспомощно развести руками: — Прости, Анна, но я больше не могу платить тебе зарплату. В тот вечер она пришла домой, заварила себе крепкий чай и долго сидела перед экраном ноутбука, просматривая объявления о работе, с горечью понимая, что с её скромными навыками и полным отсутствием нужных связей найти достойное место будет почти невозможно. А через два дня раздался звонок от незнакомого мужчины, представившегося нотариусом Дмитрием Ильичом. — Сабурова Анна Петровна? — произнёс он с той особенной, официальной интонацией, которая не предвещает ничего хорошего. — У меня для вас важные новости, касающиеся наследства вашего отца, Сергея Викторовича. Анна тогда чуть не выронила трубку от шока. Отец. Она не произносила этого слова вслух уже много лет, с тех пор как мама, растившая её одна, в редких откровенных разговорах обмолвилась, что Сергей Викторович ушёл строить свою новую жизнь и что простому служащему, каким он тогда был, не до семьи. Анна так и выросла с этим размытым, блёклым образом: невзрачный человек в сером костюме, перекладывающий где-то далеко чужие бумаги и, по всей видимости, стыдящийся своей дочери. Она давно перестала ждать от него каких-либо весточек, научилась просто не думать о нём, вычеркнув эту тему из своей жизни. Однако в кабинете Дмитрия Ильича этот образ рассыпался в прах в считанные минуты. — Ваш отец скончался две недели назад от обширного инфаркта, — начал нотариус, деликатно откашлявшись. — Он был владельцем торговой компании «Королёв и партнёры». Оптовые поставки, собственная розничная сеть, склады в трёх регионах. Согласно завещанию, всё это имущество переходит к вам. Анна переспросила его три раза, прежде чем цифры, напечатанные на официальном бланке, перестали расплываться перед глазами. Отец, которого она всю жизнь считала мелким служащим, оказался владельцем целой бизнес-империи. И это колоссальное состояние теперь принадлежало ей — девушке, которая ещё неделю назад отчаянно экономила на всём, на чём только можно было сэкономить.