по-прежнему ныла к вечеру, но зрение менялось с каждым днём. Мир переставал быть бесфор... — 3 июля 2026 г. в 05:46:22.658
по-прежнему ныла к вечеру, но зрение менялось с каждым днём. Мир переставал быть бесформенным пятном. Сначала появились силуэты, потом лица, потом отдельные черты. Теперь он уже различал выражение глаз, видел улыбку Полины, замечал, как ветер колышет молодые листья. Для человека, который совсем недавно жил в полной темноте, это было настоящим чудом. Полина смеялась, когда заставала его сидящим под тополем. — Опять здесь? — А где же мне ещё быть? — улыбался он. — Здесь жизнь проходит. И действительно, жизнь проходила прямо перед ним. Он часами наблюдал за дверями госпиталя. Видел, как спешат врачи, как санитарки бегут с носилками, как подъезжают машины с ранеными, как выздоравливающие бойцы выходят во двор, жадно щурясь на солнце. Полина выходила всего на несколько минут. — Ну как сегодня? — Хорошо. — Голова кружится? — Уже меньше. Она поправляла ему ворот ватника, спрашивала, не замёрз ли он, и снова торопилась обратно. — Опять операция? — Опять. После работы она устало садилась рядом на скамейку, снимала косынку, проводила ладонью по волосам. Им не обязательно было разговаривать. Иногда достаточно было просто сидеть рядом и смотреть, как майский ветер перебирает молодую листву. В один из дней Дмитрий, как всегда, находился на своем наблюдательном посту. Он видел, как уверенной походкой в госпиталь вошёл молодой офицер, пробыл внутри совсем недолго, а потом снова вышел на крыльцо. В руках он держал небольшой букетик ландышей. Ему вдруг до боли захотелось взять их в руки, вдохнуть забытый аромат - аромат своего детства. Он с какой-то ностальгией смотрел на человека, державшего в руках частицу мирной жизни и улыбался. Время шло, а офицер не уходил. Он всё стоял на крыльце, время от времени поглядывая на дверь госпиталя. Он точно кого-то ждал. Дмитрий тоже с любопытством включился в этот процесс и начал ждать вместе с незнакомым человеком. Из двери выходили люди, но все они проходили мимо, никак не реагируя на военного. На крыльцо быстро вышла Полина. Дмитрий автоматически подвинулся к краю скамьи, освобождая место для девушки. Та на ходу устало поправляла выбившуюся прядь волос. Молодой офицер сразу шагнул ей навстречу. Лицо его осветилось такой искренней радостью, что Дмитрий почувствовал где-то под сердцем неприятный холод. — Полина! Она остановилась. — Александр Иванович... Офицер улыбнулся, слегка приобнял её за плечи и протянул букетик. — Это вам. Полина удивлённо посмотрела на ландыши. Потом осторожно взяла их обеими руками и, совсем как маленькая девочка, сразу поднесла к лицу. Закрыла глаза, глубоко вдохнула аромат и улыбнулась. Дмитрий сидел неподвижно. Ему вдруг стало трудно дышать. Он не слышал их разговора. Видел только, как Полина улыбается, что-то отвечает, как молодой красивый офицер смотрит на неё с такой нежностью, которую невозможно было скрыть. Мысли одна за другой пронеслись в голове. - Конечно... А чего я хотел? - Дмитрий горько усмехнулся. - Молодая... Красивая... Здоровая... Он ещё раз посмотрел на офицера. Высокий, подтянутый, при погонах. Уверенный в себе. Живой. Настоящий. Митя машинально опустил взгляд на свои руки. На обожжённую кожу. Почувствовал искалеченную грудь. Покосился на больничный ватник. Впервые за всё время остро осознал себя инвалидом. В эту минуту всё встало на свои места. - Глупый... — подумал Митька с горечью. — Совсем глупый... Решил, что она свободна... Что может всю жизнь прожить возле такого, как я... Он отвернулся к тополю. Молодые листья тихо шумели над головой. Пахло весной. Но сейчас эта весна показалась ему не такой теплой и ласковой. Словно счастье было так близко, что краешком задело его, но не остановилось, прошло мимо. Продолжение в 13-00