- Ты дома? - вошла она в квартиру. Она почувствовала Степана по запаху, у него не тольк...
- Ты дома? - вошла она в квартиру. Она почувствовала Степана по запаху, у него не только новая жизнь и машина, но и парфюм. Более насыщенный, дерзкий, терпкий, вызывающий. - Да. Он стоял у окна, сложив руки за спину, смотрел во двор. Его могучая фигура закрывала почти весь оконный проём. Влада не стала дожидаться его ответа, пошла в ванную помыть руки, потом в гостиную. Порядок и умиротворение большой квартиры, где она жила практически одна уже больше года, нарушал пьяный ряд чемоданов посреди комнаты. Дети приезжали к маме, конечно, Максим регулярно, каждые каникулы, он учился в соседнем городе. Алина не была дома полтора года. У неё учёба, стажировки, отношения, путешествия с молодым человеком, кажется, она счастлива. Он даже не повернулся, чтобы ответить, опять она его подначила, ещё и посмеялась над ним. Влада закрыла дверь, машина её поклонника и коллеги по работе мерно проплыла вперёд, нырнула в арку и исчезла. Влада с улыбкой наблюдала, как отплывает от её порта и этот корабль. Взглянула на «старую баржу» - шикарный внедорожник законного супруга, вспомнила слова Николая про моряка дальнего плавания и с улыбкой пошла в свой подъезд. - Кто это был? - раздался родной голос за спиной. Родной и такой далёкий, чужой. - Что за тип тебя подвёз? Где твоя машина? Влада повернулась к нему, они стояли лицом к лицу. У него в глазах что-то вроде ревности. Нет! Забота о беззащитном, несчастном существе, которому обязан по гроб жизни - жалость. У неё на лице усталая улыбка. - Так что за мужик? Смазливый такой, на гея похож. - Смог разглядеть? Откуда такие познания? - она отошла от него. Ей неприятно находиться рядом с ним. - Твои чемоданы? - спросила она. - Да. - Отчаливаешь? Насовсем? - Да. - Ладно, я тебя не держу. Иди, - голос её предательски дрогнул, хотя она не раз репетировала этот последний разговор, думала, будет как в кино: долгие паузы, томительное желание покончить со всем, но Степан, кажется, не собирался ставить точку. - Я тебя не держу, давно уже. Сожалею, что так долго цеплялась за что-то, пыталась создавать вид семьи перед детьми - им всё равно! У них своя жизнь. Влада присела на диван, Степан встал напротив. - Влада, не ведись на россказни подобных альфонсов. Ты взрослая женщина, сама всё понимаешь, это спектакль, игра, чтобы получить своё. - Что, например? - У тебя есть наша квартира, машина, ты хорошо зарабатываешь. - А выгляжу? - перебила она его. - Ты всегда отлично выглядела, но возраст не обманешь. - Напомни, насколько Рада младше тебя? Боже... Степан, тебе всегда так везёт с женщинами, даже имена у всех необычные. - 14, - с гордостью произнёс он. - Точно! 14 лет! И что же ей от тебя нужно? Разве это не одно и тоже? - Она любит меня. Мне впервые не только хорошо с женщиной, но и спокойно. - С такой молодой, спокойно? Жаль её, но я рада за тебя, пусть так будет долгие годы. - Влада, я... - Ну говори, - бодрилась она, улыбаясь, - мне уже ничего не страшно. Развод? - Да. - Ради бога! Я тебе давно сказала: ты свободен. И ты давно живёшь у неё. Всё хотела спросить, а как вы познакомились? Ты вроде всегда на вахте был, труженик, семьянин. Я бы поняла, если бы там на Севере подцепил, но... - Не начинай. - Нет, я без иронии, просто интересно. - В супермаркете, на кассе, - ответил он, поморщив нос. - Как же я не догадалась, ты никогда не потянул бы достойную и умную любовницу, всегда из обслуги. - Влада, прекрати! - Ладно, - смеялась она, - что ты хочешь? Я согласна на развод. - Я... я... всю жизнь пахал... - Степан, не мямли, это унизительно. - Короче, развод и раздел имущества. Влада престала улыбаться. - А как же «в одной рубашке!», «я оставлю всё тебе и детям!»? Рай в шалаше не получился? У неё есть квартира? - Это не имеет значения. - А что имеет? - Сейчас вокруг тебя будут виться вот такие мужчинки, вряд ли ты устоишь, - указал он большим пальцем за спину, на тёмное окно, - будто непонятно, что они от тебя хотят? Разведут как девочку, оставят без ничего. Всем известны эти истории со зрелыми, одинокими женщинами.