(ч.2) А что будет, если мета-коллективов тоже нет, люди атомизированы, но сферы их инте... — 21 июня 2026 г. в 23:22:22.963
(ч.2) А что будет, если мета-коллективов тоже нет, люди атомизированы, но сферы их интересов не пересекаются? Все живут сами по себе в безграничной живой природе, которая уже не представляет для них значительной опасности, т.к. получилось разобраться с оптимизацией методов выживания, задействовав свой могучий мозг. Я понимаю, что это умозрительная модель, но, тем не менее. Как будто, в этом случае мы уже не можем говорить о конкуренции. И, да, на уровне индивида, т.е. «личности», принимающей некие условные решения, конкуренции не будет, т.к. среди условий, исходя из которых эти решения принимаются, НЕ будет необходимости адаптировать поведение к решениям другого индивида со взаимоисключающими интересами. Но понятие «интереса» тут куда менее важно, чем понятие «адаптации». Мы можем присвоить «интерес» любому субъекту – и «личности» и «биологическому репликатору» и, даже, какому-то небиологическому объекту (камень лежит и его «интерес» в том, чтобы продолжать это делать). Вопрос в том, как субъект адаптирует своё поведение к изменяющимся обстоятельствам окружающей его среды, чтобы сохранить возможность соблюдать свой «интерес». Камень, как будто, никак не адаптирует своё поведение ни к каким изменениям внешней среды – его функция поведения всегда константа. Хотя его форма может меняться под воздействием ветра, воды и т.п. Человек, который существует в стабильных условиях внешней среды (например, живёт в предсказуемом природном окружении), тоже никак не адаптирует своё поведение – его функция поведения, конечно, не константа, но она циклически повторяется без каких либо изменений, чего достаточно для сохранения возможности соблюдения своих интересов. Если в окружающей человека природе вдруг что-то изменится – климат, например – то ему уже придётся адаптироваться, однако это будет разовая акция. Но если в среде обитания появляется непрогнозируемо изменяющийся в рамках жизни индивида фактор, то человек уже будет вынужден непрерывно адаптировать своё поведение к его изменениям. А если этот фактор ещё и сам будет как-то адаптироваться к меняющемуся поведению человека, затрудняя соблюдение его интереса, то интенсивность процесса адаптации дополнительно возрастёт. Понятно, что проще всего в качестве такого фактора можно представить действия другого индивида со взаимоисключающим интересом. И тут мы уже можем говорить о конкуренции – т.е. это просто некая степень интенсивности адаптации субъекта интереса, где под субъектом может пониматься вообще всё что угодно. При этом даже если представить, что люди на уровне «личностей» живут себе спокойно и ни к чему не адаптируются, т.е. никак не меняют своего поведения, то на биологическом уровне, т.е. на уровне генофонда данных людей, адаптация всё равно будет происходить. Понятно, что темп такой адаптации невысок, т.к. мозг как раз и нужен для того, чтобы обеспечивать более быструю адаптацию, не требующую генетического перекодирования (что возможно только со сменой поколений), но у генов свои «интересы» и своя «конкуренция». Если пойти ещё дальше, то можно говорить и о более широком понимании «адаптации» материи к условиям окружающей её среды. Вся материя, из которой состоит Вселенная, участвует в постоянном процессе условного изменения, когда меняющиеся условия существования этой материи делают её неизменность невозможной, в результате чего она тоже адаптируется, сохраняя свою структуру на том или ином уровне макроскопичности. «Конкуренцией» мы это, конечно, не называем, но характер процесса тот же самый – адаптация, т.е. вынуждаемое внешними условиями изменение. Мы приветствуем «конкуренцию» т.к. привыкли к тому, что изменения всё-таки обычно ведут к чему-то «хорошему» для человечества в целом и для нас в частности. А именно «конкуренция» и является интенсивной адаптацией, т.е. быстрыми вынужденными изменениями, от осуществления которых невозможно отказаться. Возможно, в перспективе всё-таки лучше будет перейти к парадигме НЕвынужденных изменений