ВС РФ: отсутствие умысла не освобождает арбитражного управляющего от ответственности за...
ВС РФ: отсутствие умысла не освобождает арбитражного управляющего от ответственности за неосторожность Определение Верховного Суда РФ от 26.08.2026 № 305-ЭС26-3930 разъясняет значение вины при решении вопроса о взыскании с арбитражного управляющего убытков. Комментарий специалиста Рассматриваемое определение посвящено двум важным аспектам привлечения арбитражного управляющего к ответственности в виде убытков, причиненных ненадлежащим исполнением своих обязанностей в процедуре банкротства. 1) значение вины и ее формы (умысел, грубая неосторожность или небрежность) в решении вопроса о наличии полного состава оснований для взыскания убытков. Лицо, требующее с арбитражного управляющего возмещения убытков, должно обосновать весь состав оснований взыскания убытков: противоправность поведения, сам факт причинения убытков, вину ответчика в их возникновении и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением и возникшими убытками (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Кирилл Харитонов, арбитражный управляющий, Саморегулируемая организация “Ассоциация арбитражных управляющих “Паритет”. Верховный Суд РФ, исходя из правовой природы деятельности арбитражного управляющего, носящей публично-правовой характер и не относящейся к предпринимательской деятельности, сделал однозначный вывод, что вина является необходимым элементом состава оснований для взыскания убытков. Вина может выражаться как в форме умысла (выражается в намеренной противоправности действий, осознанно направленных на причинение вреда), так и неосторожности (выражается в несоответствии действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве, когда арбитражный управляющий должен был и мог при должной осмотрительности действовать правомерно). При этом, форма вины не имеет значения при решении вопроса о взыскании убытков с арбитражного управляющего. Во-вторых, если убытки причинены сочетанием противоправных действий третьего лица и арбитражного управляющего, даже если они не действовали совместно, это не исключает вину арбитражного управляющего и возложение на него обязанности возместить убытки. Обязательство третьего лица возместить потерпевшему понесенные имущественные потери и обязательство арбитражного управляющего о компенсации убытков, образовавшегося на стороне потерпевшего в результате того, что благодаря ненадлежащему исполнению обязанностей в процедуре банкротства не было предотвращено причинение убытков действиями третьего лица, по существу направлены на удовлетворение одного экономического интереса (Определение Суда РФ от 06.02.2025 № 310-ЭС19-23978(12), Определение Верховного Суда РФ от 07.04.2022 № 305-ЭС16-16302(5). В данном случае получил отражение сформированный в судебной практике тезис об одном и том же экономическом (материальном) интересе, который может защищаться разными способами путем предъявления требований к разным лицам и по различающемуся составу обстоятельств, выступающих основанием таких требований. Источник: legalbulletin.online