— И что? Прочитай сама. Наверное, там написано, почему я получила меньше.
— И что? Прочитай сама. Наверное, там написано, почему я получила меньше. — Наташа, я не хочу ссориться. Я могу отправить тебе письмо. После паузы Наталья согласилась. Через два дня конверт лежал на её кухонном столе. Она долго не решалась его открыть. Наконец разорвала край и начала читать. 4. Правда, которую мать скрывала тридцать лет «Наташа, моя девочка. Я не знаю, прочитаешь ли ты это письмо. Возможно, уже не смогу сама объяснить тебе то, о чём молчала столько лет. Я знаю, что ты считаешь, будто я всегда любила Веру больше. И у тебя есть причины так думать. Когда Вера болела, я постоянно была рядом. Когда ей нужна была помощь, я бросала всё. Когда ты просила меня о чём-то, я часто отвечала, что ты сильная и справишься сама. Я думала, что поступаю правильно. Я ошибалась. Ты была ребёнком, Наташа. Не моей помощницей, не второй взрослой в доме и не человеком, который обязан понимать все мои трудности. Ты была моей дочерью. И ты тоже заслуживала, чтобы о тебе заботились. Но есть ещё одна вещь, которую я должна тебе рассказать. Когда тебе было восемнадцать лет, а Вере тринадцать, я получила письмо от твоего отца. Он ушёл из семьи, когда ты была маленькой. Ты почти не помнила его. Он написал, что хочет встретиться с тобой и помочь тебе поступить в университет в другом городе. Он обещал оплатить учёбу и первое время твоей жизни там. Я испугалась. Я боялась, что потеряю тебя. Боялась, что ты уедешь и больше не вернёшься. Я убеждала себя, что отец снова тебя разочарует. И я не передала тебе это письмо. Я спрятала его. Ты так и не узнала, что у тебя был выбор. Когда ты отказалась от университета, я сказала себе, что ты сама решила остаться. Но я знала, что не дала тебе всей правды. Прости меня. Я не знаю, как сложилась бы твоя жизнь, если бы ты уехала. Возможно, ты была бы счастливее. Возможно, всё было бы совсем иначе. Но я лишила тебя возможности самой принять решение. И это моя вина. Теперь о доме. Я оставляю его Вере не потому, что люблю её больше. Она много лет помогала мне, и я хотела, чтобы у неё было место, которое она могла бы использовать для своей семьи. Я знаю, что это решение причинит тебе боль. Я не могу исправить все ошибки, которые совершила. Но если ты прочитаешь это письмо, пожалуйста, пойми: я любила вас обеих. Просто иногда моя любовь была неправильной. Иногда из страха потерять ребёнка я причиняла ему боль. Ты всегда казалась мне сильной, и я слишком часто пользовалась этой силой. Мне жаль, моя девочка. Мама». Наталья дочитала письмо и долго сидела неподвижно. Она плакала не из-за дома. Она плакала из-за той восемнадцатилетней девочки, которой когда-то была. Из-за упущенной возможности учиться в другом городе. Из-за матери, которую она всю жизнь пыталась заставить заметить её боль. И из-за того, что теперь уже никогда не сможет спросить её: «Почему ты не доверилась мне? Почему решила за меня?» Но в коробке оставалось ещё одно письмо. Оно было адресовано Вере. Наталья не стала его открывать. Вместо этого она позвонила сестре. 5. Разговор, который должен был состояться раньше Вера приехала на следующий день. Наталья положила перед ней письмо матери. — Ты знала об отце? — спросила она. Вера прочитала письмо и покачала головой. — Нет. Я ничего не знала. — Я всю жизнь думала, что мама любила тебя больше. — Я знаю, — тихо ответила Вера. — И мне всегда было стыдно, когда она отказывала тебе ради меня. Но я была маленькой. Я не понимала, почему ты злишься. Мне казалось, что ты просто не хочешь помогать. Наталья опустила глаза. — Я тоже была ребёнком. Только почему-то никто этого не замечал. Вера заплакала. — Прости меня, Наташа. Я не могу вернуть тебе те годы. Но я никогда не хотела, чтобы ты чувствовала себя лишней. Они долго сидели на кухне. Впервые за много лет никто не пытался доказать, кто из них страдал больше. Они говорили о детстве, о матери, о своих обидах и о том, как по-разному помнили одни и те же события.