На юбилей дочери мать не пригласили… Но через неделю вся семья узнала, что она скрывала...
На юбилей дочери мать не пригласили… Но через неделю вся семья узнала, что она скрывала двадцать пять лет 1. «Мам, ты ведь всё равно поймёшь» Вера Андреевна узнала о юбилее дочери совершенно случайно. Она разговаривала по телефону с младшей сестрой, когда та между делом спросила: — Ну что, ты уже платье купила на Леночкин юбилей? Вера замолчала. — На какой юбилей? На другом конце провода тоже наступила тишина. — Как на какой? Ей же сорок исполняется. В субботу ресторан, гости, родственники… Я думала, ты тоже будешь. Вера почувствовала, как холодеют пальцы. — Нет, меня не приглашали. Сестра начала оправдываться, говорить, что, наверное, произошло недоразумение. Но Вера уже почти не слушала. Елена была её единственной дочерью. Вера растила её одна после того, как муж ушёл из семьи, когда девочке было всего семь лет. Она работала на двух работах, шила по ночам чужие платья, отказывала себе в новой одежде и откладывала каждую свободную копейку на дочерино образование. Когда Елена поступила в институт, Вера продала золотые серьги, оставшиеся от матери, чтобы оплатить общежитие. Когда дочь выходила замуж, Вера отдала молодым почти все свои накопления. А когда родился внук Артём, она несколько лет помогала с ним, чтобы Елена могла вернуться на работу. Вера никогда не считала это подвигом. Она просто любила свою дочь. Последние два года отношения между ними стали холоднее. Елена всё чаще раздражалась, когда мать звонила, говорила, что у неё нет времени, а на просьбы приехать отвечала: — Мам, у меня своя семья. Ты должна это понимать. Вера старалась понимать. Но теперь она сидела на кухне и смотрела на старую фотографию, где маленькая Лена обнимала её за шею. — Неужели я стала ей настолько чужой? — прошептала она. Телефон завибрировал. На экране высветилось имя дочери. — Мам, ты уже слышала про субботу? — спросила Елена без приветствия. — Да. Слышала. — Только не обижайся, ладно? Мы решили сделать небольшой праздник. Будут в основном друзья, коллеги, люди нашего круга. Тебе там будет скучно. Вера долго молчала. — Я поняла, Леночка. — Вот и хорошо. Ты же у меня разумная. Разговор закончился. И именно эти слова ранили сильнее всего. Не «мам, прости». Не «давай увидимся отдельно». А привычное: «Ты же разумная». Будто её любовь всегда была удобной именно потому, что от неё ничего не требовалось. 2. Подарок, который остался дома Вера всё равно приготовила дочери подарок. Она достала из шкафа красивую коробку, в которую заранее положила тонкую золотую цепочку с небольшим кулоном. Покупала её постепенно, откладывая деньги несколько месяцев. Кулон был в форме маленького дерева. Когда-то Елена в детстве говорила, что дерево похоже на их семью: корни держат его крепко, даже когда ветки растут в разные стороны. Вера помнила эти слова. Она собиралась вручить подарок дочери лично, обнять её и сказать, что гордится ею. Но в пятницу вечером позвонил внук Артём. Ему было семнадцать. Он редко звонил бабушке без просьбы о помощи, поэтому Вера сразу насторожилась. — Бабушка, ты правда не придёшь завтра? — Меня не приглашали, Артём. — Мама сказала, что ты сама не захотела. Вера закрыла глаза. — Нет, внучек. Я не говорила такого. Артём помолчал. — Я так и думал. — Ты только не ссорься с мамой из-за меня. — Бабушка, а почему ты всегда её защищаешь, даже когда она неправа? Вера не нашлась с ответом. После разговора она долго сидела у окна. Ей хотелось позвонить дочери и спросить, зачем та солгала собственному сыну. Но она не стала. Вместо этого убрала подарок обратно в шкаф. В субботу она проснулась рано, испекла яблочный пирог и пошла на кладбище к мужу. Они давно были разведены, но она всё равно иногда приходила к нему. Не потому, что простила всё, а потому, что когда-то они вместе держали на руках новорождённую Лену. — Вот такая она у нас выросла, Миша, — сказала Вера, поправляя цветы. — Красивая, умная. Только, кажется, забыла, кто с ней рядом стоял, когда было трудно. Ветер шевелил сухую траву. — Или это я сама виновата? Слишком много позволяла?