ВЫХОД ИЗ РАСЩЕПЛЕНИЯ
ВЫХОД ИЗ РАСЩЕПЛЕНИЯ Из расщепления не выходят силой воли, типа «соберись и начни доверять людям», так не работает. Выходят через терапию, фокусированную на переносе. Вот как это устроено на практике 👇🏻 1. Когда приходишь к терапевту, рано или поздно на него ложится перенос - какая-то родительская фигура. Материнская или отцовская, пол терапевта тут вообще ни при чём. И вместе с переносом приносишь тот же самый сценарий: то же расщепление, то же чёрно-белое мышление, с которым заходишь в любые близкие отношения. Был случай с клиенткой, она больше двух лет в терапии. Она вдруг говорит: «Ксения, вам скучно?» А терапевту на самом деле не скучно, он внимателен и сосредоточен, но восприятие сработало иначе: если мне скучно, то я для неё какая? Безразличная, холодная, невнимательная. Плохая мама. Терапевт-мама плохая. И вот здесь разворачивается ключевой момент. На настоящую маму злиться и проявлять агрессию было нельзя, слишком опасно, слишком больно, а на терапевта можно. Дальше события идут одним из двух путей: ⏺ Либо человек сбегает из терапии, не выдержав этой злости. ⏺ Либо доходит до другого, до способности замечать эту злость и ненависть, не отыгрывая их в разрушительные действия. Это называется способностью контейнировать аффект. Не подавлять и не игнорировать, а осознавать чувство, называть его, выдерживать. Именно осознавание, а не разыгрывание, уводит от того, что может навредить и себе, и отношениям. Второе, что происходит параллельно, наработка нового опыта через фантазию о том, как могло бы быть иначе. У многих просто нет внутри такой картинки: где я могу злиться, а меня за это не отвергают. Где я сейчас в минусе эмоционально, а ты при этом остаёшься в плюсе и не разрываешь контакт. Это не встроено, потому что этого никогда не было. И тогда это встраивают через реальное взаимодействие с психологом: злишься, тебя не отвергают, не обесценивают, не говорят «чего ты тут злишься вообще, я же добра тебе желаю», как когда-то говорила нарциссическая мать. 2. Есть ещё один слой: контрперенос. Часть, которую человек в себе не принимает и отщепляет, терапевт иногда чувствует в себе самом. Например, клиенты побывавшие в горячих точках рассказывают о боях абсолютно спокойно, а у психолога в этот момент могут просто течь слёзы - не истерика, а видимая грусть, боль, сожаление. Одна клиентка сказала после похожей сессии: для меня было так важно увидеть ваше сопереживание, как будто моя часть плакала внутри вас. Так и было. Из этого и складывается интеграция: две расколотые картинки - абсолютно плохое и абсолютно идеальное постепенно сближаются в одну, более честную. Где и мать, и партнёр, и ты сам можешь быть одновременно и хорошим, и не очень. Это и называют депрессивной позицией, не про грусть, а про способность видеть целостно. И тогда партнёра перестают выбирать из тревоги и травмы и начинают выбирать из ответа на вопрос: а какой я на самом деле, и чего хочу именно я.