ЧЕРЕЗ ПРЕГРАДЫ К СЧАСТЬЮ. Глава 2 — 15 июля 2026 г. в 04:51:23.688
ЧЕРЕЗ ПРЕГРАДЫ К СЧАСТЬЮ. Глава 2 Вторая жизнь тетрадки Репетитора по химии нашла Раиса Маратовна. Точнее, не репетитора, а студентку из Краснодара, свою бывшую ученицу, которая согласилась заниматься с Ниной по скайпу бесплатно. Два раза в неделю, вечерами, по вторникам и четвергам. Студентку звали Элеонора. Двадцать два года, четвёртый курс фармацевтического факультета, рыжие кудри и привычка объяснять сложные вещи через кулинарные метафоры. – Окисление, – говорила Элеонора, глядя в камеру, – это как когда ты жаришь лук. Он теряет воду, меняет цвет и становится другим веществом. Только быстрее и без сковородки. Нина впервые за долгое время улыбнулась на занятии. Занятия шли тяжело. Мобильный интернет обрывался, изображение зависало, звук отставал от губ на секунду. Иногда связь пропадала совсем, и Нина сидела перед тёмным экраном, сжимая кулаки. Но Элеонора была терпелива. Если связь обрывалась, она записывала объяснение на видео и отправляла в мессенджер. Нина скачивала ночью, когда трафик был дешевле, и пересматривала по три раза. К концу десятого класса Нина решала задачи по органической химии уровня ЕГЭ на семьдесят два балла из ста. Мало. Но полгода назад она не отличала альдегид от кетона. Биология шла лучше. Атлас Синельникова Нина знала почти наизусть. Раиса Маратовна давала ей олимпиадные задания, и Нина щёлкала их, как семечки, потому что это была не просто учёба. Это было то, ради чего она вставала по утрам. А по утрам вставать становилось всё труднее. Галина Фёдоровна стала забывать. Сначала мелочи: куда положила очки, выключила ли плиту, закрыла ли дверь. Нина списывала на возраст, на стресс после перелома, на усталость. Но в апреле Галина Фёдоровна забыла, как зовут Нину. Она стояла в коридоре, в халате, с мокрыми руками, и смотрела на Нину так, будто видела впервые. – Ты кто? – спросила она. А потом тряхнула головой, моргнула и сказала: – Ой, Нинка. Что-то я задумалась. Чай будешь? Нина кивнула. Пошла на кухню. Включила чайник. И пока вода закипала, стояла у окна и смотрела на двор, где мальчишки гоняли мяч. Внутри было холодно и пусто, будто кто-то открыл форточку прямо в груди. Одиннадцатый класс Лето перед выпускным Нина провела в библиотеке и на кухне. В библиотеке решала варианты ЕГЭ, на кухне готовила обед для Галины Фёдоровны, которая всё реже выходила из комнаты. Врач из поликлиники, молодая женщина, сказала осторожно: – Начальная стадия. Пока мягкая. Но будет прогрессировать. Деменция. Нина записала название лекарств в тетрадку-план, рядом с пунктами про ЕГЭ и поступление. Лекарства стоили две тысячи восемьсот в месяц. Нина вернулась в продуктовый магазин на три вечера в неделю. Учёба, работа, готовка, уборка, аптека, библиотека. Расписание жизни, в котором не было ни одной пустой строчки. Ни одного часа для себя, для прогулок, для глупостей, для шестнадцатилетних радостей. Потому что Нине уже не было шестнадцать. Ей исполнилось семнадцать в январе, но казалось, что сорок. В школе заметили. Классная руководительница, Полина Дмитриевна, вызвала Нину после уроков. – Савельева, ты похудела на десять килограммов за полгода. У тебя круги под глазами. Ты засыпаешь на физике. – Я готовлюсь к ЕГЭ. – Ты себя убиваешь. – Я справляюсь. Полина Дмитриевна помолчала. Потом сказала тихо: – Я знаю про Галину Фёдоровну. Маленький город, все всё знают. Нина, может быть, стоит рассмотреть вариант... – Нет. – Я не договорила. – Я знаю, что вы хотите сказать. Дом престарелых. Нет. – Нина... – Она меня забрала из детского дома. Я её не сдам.