— Значит, убийца знал Кравцова лично? Или знал о содержимом сейфа?
— Значит, убийца знал Кравцова лично? Или знал о содержимом сейфа? — Возможно. А возможно, дело вообще не в ограблении. Они подошли к сейфу — солидному немецкому изделию, которое вскрыли профессионально, без лишнего шума и повреждений. Внутри остались только документы, которые грабителей явно не интересовали. — Лейтенант Соколов, — окликнул Злобин, — семья в курсе? — Жена в командировке в Швейцарии уже неделю. Детей нет. Обнаружила тело домработница утром, когда пришла убираться. — Где она? — В гостиной, дает показания. Злобин кивнул и направился искать домработницу. Мария Ивановна Петрова, женщина лет шестидесяти, сидела на краешке дивана, нервно теребя платок. Ее глаза были красными от слез, руки дрожали. — Мария Ивановна, расскажите, что вы увидели сегодня утром, — мягко попросил полковник, присаживаясь напротив. — Я пришла в восемь, как всегда, — начала женщина дрожащим голосом. — У меня есть ключи. Виктор Петрович обычно уже завтракал в это время, но сегодня на кухне никого не было. Подумала, проспал, мало ли... А потом пошла пропылесосить кабинет и увидела... Господи, как же так можно... — Мария Ивановна, вчера вечером что-нибудь необычное замечали? Может, Виктор Петрович кого-то ждал? Женщина задумалась, утирая слезы. — Нет, ничего особенного. Работал допоздна, как обычно. Только... — она запнулась. — Что "только"? — Да, наверное, ерунда. Просто он последнее время какой-то напряженный был. Телефон все время звонил, а он трубку не брал. И еще говорил, что скоро все изменится. Что правда всплывет наружу. Малышев и Злобин переглянулись. Это уже было интереснее. — Он не уточнял, какая именно правда? — продолжил расспросы капитан. — Нет, Виктор Петрович не очень разговорчивый был. Вежливый, но сдержанный. Только вчера сказал странную вещь... — Какую? — "Мария Ивановна, — говорит, — если со мной что случится, передайте полиции — ищите того, кому больше всех выгодно мое молчание." Я тогда не поняла, а теперь вот... Злобин почувствовал, как привычное покалывание прошлось между лопаток. Охотничий инстинкт, который никогда его не подводил. Это определенно было не простое ограбление. Малышев достал блокнот и записал слова домработницы дословно. Его почерк был аккуратным, как у прилежного студента, что всегда умиляло Злобина. Сам полковник писал как курица лапой — Ирина постоянно ругала его за это, когда помогала составлять отчеты дома, за кухонным столом, при свете настольной лампы... — Алексей Сергеевич? — голос напарника вернул его к реальности. — Да, извини. Задумался. Злобин потер виски. — Мария Ивановна, — продолжил он, стараясь сосредоточиться, — а друзья у Виктора Петровича были? Люди, которым он мог довериться? Женщина покачала головой: — Он был человеком очень закрытым. Работа, дом, работа. Иногда приезжал Дмитрий Борисович — они вместе еще в институте учились. Но редко, раз в месяц, не чаще. — Фамилия? — Воронин. Он тоже чиновник какой-то, но поменьше рангом. Малышев кивнул, записывая. Его пальцы быстро бегали по экрану планшета — проверял базы данных. Технологии, которые Злобин так и не освоил до конца, хотя Гриша терпеливо пытался его учить. — Нашел, — сообщил капитан. — Воронин Дмитрий Борисович, заместитель руководителя департамента государственных закупок. Чистая биография, без нареканий. — Пока что, — мрачно заметил Злобин. За годы службы он научился не верить в "чистые" биографии. Особенно когда речь шла о чиновниках высокого ранга.