Подняв одну из веточек, Анастасия Петровна увидела на ней странные царапины. Три паралл...
Подняв одну из веточек, Анастасия Петровна увидела на ней странные царапины. Три параллельные полоски, как будто кто-то провел по коре когтями. Причем царапины были свежие — на сломе веточка еще выделяла сок. — Значит, ночью, — пробормотала она. — После дождя, потому что следы четкие, грязь не размылась. Дождь закончился около полуночи — она помнила, как стучали капли по крыше, когда она ложилась спать. Значит, визитер появился между полуночью и утром. В самое глухое время, когда даже самые отчаянные дачники спят крепким сном. Анастасия Петровна выпрямилась, почувствовав, как затекла спина от долгого разглядывания следов. Но усталость перекрывалось другим чувством — азартом. Тем самым ощущением погони за разгадкой, которое не покидало ее все годы работы следователем. Она думала, что навсегда потеряла этот кайф вместе с выходом на пенсию. Но нет — стоило только наткнуться на загадку, и старый охотничий инстинкт проснулся с новой силой. Вернувшись в дом, она заварила крепкий чай и уселась за кухонный стол с блокнотом. Старая привычка — записывать все детали, пока память свежа. Время обнаружения, погодные условия, описание следов, их расположение... Рука сама выводила знакомые формулировки, отработанные годами составления протоколов. За окном мелко заморосил дождь, и Анастасия Петровна понимала, что к вечеру от следов может не остаться и признака. Нужно действовать быстро. Но как подступиться к этой загадке? К кому обратиться за помощью? Она вспомнила про Валентина Сергеевича Морозова, своего бывшего коллегу, который после выхода на пенсию увлекся краеведением и изучением местной фауны. Может, он что-то знает о необычных животных в этих краях? Или стоит обратиться в зоопарк? А может, кто-то из соседей что-то видел или слышал ночью? Допив чай, Анастасия Петровна взяла старый фотоаппарат — качество снимков у него было лучше, чем у телефона — и вернулась во двор. Дождь усиливался, но она методично фотографировала каждый след, каждую деталь, стараясь зафиксировать все, что может пригодиться для разгадки. А разгадать эту загадку она была намерена обязательно. Потому что Анастасия Петровна Кравцова, пусть и бывший, но все же старший следователь, просто не умела сдаваться. К обеду дождь разошелся не на шутку, и Анастасия Петровна с досадой наблюдала, как вода размывает драгоценные следы. Она успела сделать слепки двух самых четких отпечатков, используя старый гипс, который нашелся в сарае неизвестно откуда взявшийся, но она помнила, что он там был. — Ну вот, Кравцова, — ворчала она, разминая затекшие от долгого сидения на корточках ноги, — теперь будешь гадать по этим слепкам, как цыганка по картам. Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда она снова ставила чайник. На экране высветилось знакомое имя — Валя Морозов. — Валентин Сергеевич! — обрадовалась Анастасия Петровна. — Как будто почувствовал, что мне нужна твоя помощь. — Настя, привет! — голос бывшего коллеги звучал бодро, несмотря на его семьдесят лет. — Просто хотел узнать, как дела на пенсии. Не скучаешь по нашему беспределу? — Скучала до сегодняшнего утра, — призналась она. — Слушай, Валь, ты же теперь наш местный натуралист. Скажи, какие у нас в области водятся животные размером с собаку среднего размера, но с необычными лапами? В трубке повисла пауза. — А что случилось? Опять какая-то криминальная история? — в голосе Морозова послышалась знакомая заинтересованность. Он был хорошим оперативником, и чутье у него сохранилось. — Да нет, какая там криминальная... — Анастасия Петровна запнулась. А действительно, откуда она знает, что это не криминал? Может, кто-то незаконно содержит экзотических животных? Или еще что похуже? — В общем, приезжай, покажу. И захвати с собой свои умные книжки про зверюшек. — Еду! — без раздумий ответил Морозов. — Через час буду. Анастасия Петровна улыбнулась, кладя трубку. Валентин Сергеевич был из тех людей, которые всегда готовы броситься на помощь, не задавая лишних вопросов. Именно поэтому они и проработали вместе много лет, и именно поэтому их