— Ясно. Вы учтите, что согласие на медицинское вмешательство потребуется от обоих родит...
— Ясно. Вы учтите, что согласие на медицинское вмешательство потребуется от обоих родителей, — подметил Павел. — Конечно, если к тому времени вы всё ещё будете женаты. — Я поняла. Полина осознала, что с почти бывшим мужем придётся встречаться и договариваться. Впрочем, ради растущей внутри новой жизни она и не на такое была готова. Вот только Виктор куда-то запропастился. Телефон не отвечал. У мамы бывший муж тоже не появлялся. А когда Маргарита Алексеевна пошла проверить квартиру, выяснилось, что та опечатана. Говорить об этом дочери снова не стала. Решила, что и так достаточно потрясений выпало на её долю. В палате отделения патологии беременных особых развлечений не было. Полина и её новые знакомые лежали, читали книги, проходили обследования. Размеренный распорядок дня немного успокаивал. Полина почти не получала звонков, да и вообще редко брала в руки телефон. Тем удивительнее однажды для неё было увидеть на экране непонятный телефонный номер. — Кто это? Говорите, — сказала она в трубку, в которой что-то шипело и трещало. — Это дочь Георгия Воронина. Вы мне писали? — ответил молодой голос в трубке. — Профессор Штейн. У меня перед вашим папой, кстати, есть должок. — Я не писала, может быть, брат? — растерялась Полина. — А вы видели его бумаги, историю болезни? Готовы его прооперировать? — Смотрите, ваш номер был указан в качестве контактного, — холодно ответил Штейн. — Полина Георгиевна, я уже взял билеты, так что предупредите донора, чтобы начинал подготовку. Я проведу операцию по собственной методике. Она относительно новая, но уже прошла апробацию. Вы мне доверяете? — Я думаю, вы хороший врач, — сказала Полина. — Раз уж папа много лет назад взял на себя ту вину. — Да, было дело, — подтвердил Штейн. — Я по сей день Гоше за это благодарен. Так что скажете, удастся договориться с вашим руководством по поводу операции под моим началом? — Да, я сейчас дам ваш номер заведующему всей больницей, — сказала Полина. Пришлось отпроситься у врача, чтобы сбегать в другой корпус. И Андрей Борисович сначала не поверил, что она говорит правду. — Шутишь? Сам Штейн приезжает из-за рубежа к нам сюда. Да это же будет медицинская сенсация. Полина, это не ошибка? Позвоните. И она протянула ему трубку. Профессор сказал передать, что уже взял билеты. — Феликс Артурович, — упавшим голосом произнёс главврач. — А я думал, вы в наши края больше не ногой. Симпозиумы игнорируете, на все предложения отвечаете отказом. Да, понимаю. Годы уже не те. И что, действительно прибудете? Хорошо, начинаю подготовку донора. Конечно. Он растерянно положил трубку. Андрей Борисович явно не мог до конца поверить в происходящее, но телефонный звонок всё же его убедил. Вскоре медицинское сообщество города в захлёб обсуждало новость о том, что великий Штейн, давно оперирующий в лучших клиниках мира, прилетает в их глушь. Отношение к Полине теперь было особым. Да и Кирилла без возражений начали готовить к операции. Полина же молча восхищалась братом. Он сумел достучаться до тех, к кому отец почти не имел шансов попасть. Теперь всё зависело лишь от результатов трансплантации. И хотя она верила в гений профессора, сомнения всё же оставались. Ведь когда-то Штейн уже ошибся во время операции. СЛЕДУЮЩАЯ ЧАСТЬ ЗАВТРА ПЕРЕЙТИ К НАЧАЛУ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ РАССКАЗА