ПЯТЬ МЕЧЕЙ НА КРОВИ Глава 26 Железо испытывают огнем. Весть о том, что гордая принцесса-воительница сделала своим Первым Воеводой простого лесного кузнеца, разлетелась по континенту со скоростью штормового ветра. И если Криссиан в Золотом Чертоге лишь тонко посмеивался, прикидывая, как этот «мезальянс» ослабит авторитет сестры среди благородных лордов, то на суровом севере реакция была совершенно иной. Для старшего брата Ирдэрика, поступок Бримерии стал личным оскорблением и несмываемым позором для всей королевской династии Олдерика Мудрого. Закон первородства, чистота крови и незыблемость сословий были для него священными столпами. Наследница империи не имела права опускаться до черни. Уже через неделю тяжелый, закованный в черную сталь кавалерийский отряд Ирдэрика без предупреждения ворвался во внутренний двор Скального Пика. Ирдэрик вошел в тронный зал Бримерии прямо в походных доспехах, швырнув свои тяжелые перчатки на стол перед сестрой. Его лицо дышало застарелым гневом и презрением. — Ты лишилась разума, сестра? — громоподобно начал он, проигнорировав всякие приветствия. — Ты осквернила имя нашего великого отца! Сделать своим воеводой безродную лесную грязь? Человека, который умеет только колоть дрова и махать молотом? Лорды шепчутся, Крейги смеются над нами! Я приехал, чтобы забрать этого выскочку в Твердыню Севера и вздернуть его на крепостной стене. А тебе я сам найду достойного мужа благородных кровей, который укротит твою гордыню. Бримерия медленно поднялась со своего места. Ее зеленые глаза хищно сузились, а рука легла на эфес меча. Конфликт между старшим братом и сестрой обещал стать кровавым прямо здесь, в зале. — Мои земли принадлежат мне, Ирдэрик, — ледяным, опасным тоном ответила она. — И этот «выскочка» сделал для Западного Предела больше, чем все твои напыщенные лорды. Он проливал за меня свою кровь, пока ты вымещал злость на немых служанках в своей постели. Убирайся на свой север, пока моя «Волчья стая» не скормила твоих черных всадников воронам! Договорить они не успели. В этот момент тяжелые двери зала распахнулись, и в помещение ворвался окровавленный дозорный клана Мак-Торн. — Королева! — задыхаясь, прокричал он. — Крон Безжалостный пошел на прорыв! Его пиратский флот воспользовался приливом и густым туманом. Они обошли наши дозоры, зажгли верфи и высадили три тысячи головорезов прямо у подножия Скального Пика! Нас зажали! Звуки труб и яростные крики у ворот цитадели подтвердили его слова. Времени на споры и фамильную грызню больше не оставалось. Пираты шли на штурм, намереваясь вырезать всех. — К бою! — яростно выкрикнула Бримерия, выхватывая меч. Ирдэрик, несмотря на всю свою спесь, был прирожденным солдатом. Он мгновенно оценил опасность. Оставив неприязнь, он обнажил свой тяжелый полуторный клинок и вместе со своими черными гвардейцами бросился за сестрой на крепостные стены. То, что развернулось во дворе и у ворот Скального Пика, было сущим адом. Нападавшие шли лавиной. Пираты Крона Безжалостного, опьяненные близостью победы, дрались с неистовством обреченных. Защитников крепости стремительно оттесняли к главным внутренним воротам. Черная кавалерия Ирдэрика спешилась и встала железной стеной, но численное превосходство врага было сокрушительным. Меч Ирдэрика уже покрылся кровью по самую крестовину, сам он тяжело дышал, понимая, что этот бой может стать для него последним. И в этот критический момент, когда ворота замка начали поддаваться под ударами тяжелого пиратского тарана, в самую гущу схватки ворвался Торбран. Ирдэрик своими глазами увидел лесного великана в деле. Торбран был без доспехов — лишь в кожаном фартуке кузнеца, наброшенном поверх окровавленной рубахи. В его руках был колоссальный, тяжелый двуручный топор, который обычный человек едва смог бы оторвать от земли. Но кузнец вращал им с пугающей, молниеносной легкостью.