ЖИЗНЬ... ИЛИ...
ЖИЗНЬ... ИЛИ... Часть 8 Рита сидела на пустой холодной кухне, когда дверь открылась и зашёл Артём. Она не бросилась его встречать как обычно, осталась сидеть на кухне, ледяные ладони сжались в кулаки. Артём надел тапочки и вошёл с пакетами на кухню, - Что случилось, родной мой человечек?! - и потянулся чтобы поцеловать Риту, она отдернулась от него как от прокаженного. На лице у Артёма было искреннее удивление. - Маргаритка, объясни, что происходит? Я ничего не понимаю!!! - Это ты должен объяснить, что происходит. - не своим голосом прошептала она. - Я видела тебя ранним утром у "Эллитона", а ещё - она сделала паузу - я видела фотографии в твоем ноуте. Там точно Жанна, только не такая, какой пропала 5 лет назад, а такая как-будто прошло не 5, а 15лет! И ещё женщины. Что всё это значит???? Рите было невероятно страшно, она понимала, что исход может быть самый разный и возможно очень плохой для неё, но молчать и делать вид, что ничего не случилось, она уже не сможет никогда! Она подняла на Артёма глаза, полные слёз, но при этом также полные решимости расставить все точки над i! Лицо Артёма изменилось, оно стало серым и суровым, брови сдвинулись он опустился на стул и сказал - Рано. Ты должна была узнать, потом, когда мы уже будем уверены, что им можно помочь, можно спасти.... Он говорил тихо, почти без интонации, глядя куда-то мимо неё, на темное окно. Его слова повисли в воздухе, холодные и тяжёлые, как свинец. Рита почувствовала, как её решимость даёт трещину, а на смену страху приходит ужас — не истеричный, а тихий, пронизывающий всё внутри ледяной иглой. «Помочь? Спасти? От кого?» — пронеслось у неё в голове, но голос не слушался. — Это не ответ, Артём, — её шёпот звучал хрипло. — Где Жанна? Кто эти женщины? Что в клинике происходит на самом деле? Ты знал всё это время, пока мы её искали? Он медленно перевёл на неё взгляд. В его глазах не было ни злости, ни тревоги — только усталая, непробиваемая пелена какой-то чужой ответственности. — Клиника — не просто клиника, Риточка. Там есть отдельный, закрытый исследовательский блок. Ты же видела фотографии. Их используют. Как инкубаторы. Для..., их высочайшая фертильность… они рожают детей для донорских материалов... Я не биолог, я не вдавался в детали. Меня наняли несколько лет назад, чтобы создать для них абсолютно герметичную цифровую среду: удалить все следы, подменить данные, замкнуть все камеры наблюдения на петлю. Я думал, это какая-то гостайна. Я… не копал. Рита вскочила, стул с грохотом упал на пол. — Ты скрывал её! Ты знал, где она! Ты всё это время был со мной, спал со мной, звал меня «Маргариткой», глядя мне в глаза! — её голос сорвался на крик. Всё рушилось — и её брак, и память о подруге, и её собственная жизнь, которая оказалась ложью: — Я пытался их взломать, — вдруг резко выдохнул он, тоже поднимаясь. Его скулы напряглись. — Когда узнал, что происходит... Последние почти пять лет, я сотрудничаю с ФСБ. Всё, что ты нашла — фотографии, мои утренние вылазки — это попытки найти брешь в системе, которую я сам и создал. Чтобы вытащить её. Чтобы вытащить их всех. Но они тоже не дураки. Они меня проверяют. Сегодня утром… это была очередная проверка. Они водят меня туда, как на поводке, показывая, что они контролируют всё. Если они заподозрят, что я вышел за рамки задания, или что ты… Он не договорил, но Рите стало физически плохо. Она поняла. Угроза была уже не гипотетической. Она была здесь, в этой уютной кухне, в лице её мужа, который вдруг оказался и тюремщиком, и сообщником, и единственной ниточкой к спасению. Молчать было нельзя. Но и говорить — было смертельно опасно. Она стояла, обхватив себя руками, пытаясь удержать дрожь, и смотрела на этого незнакомого, но по прежнему любимого человека, в чьих глазах мелькнуло наконец что-то знакомое — отчаянная, безнадёжная боль.. #пробапера@elenadefektolo