ЖИЗНЬ... ИЛИ...
ЖИЗНЬ... ИЛИ... Часть 7 5 лет назад Жанна порхала по квартире и напевала "Приходите в мой дом, мои двери открыты... " Через несколько дней у неё юбилей, она будет отмечать 25-ти летие. Сегодня она закончила курс занятий по йоге с богатой клиенткой и та щедро отблагодарила её. Жанна планировала на славу пошопиться, день рождения отметить в модном ночном клубе. Собраться с девчонками с которыми недолго жила в детском доме, ну и конечно её дорогая и любимая подруга, Маргаритка будет. Когда Жанна гуляла по торговому центру ей позвонили из клиники "Эллитон", сказали, что у Жанны редкая группа крови и если она согласна побыть донором крови, они готовы очень щедро заплатить. Жанна подумала, что дополнительные средства ко дню рождения не будут лишними, она тут же с радостью согласилась. - Но, кровь нужна срочно! Мы прямо сейчас же пришлëм водителя туда где Вы находитесь, а потом привезëм туда, куда нужно будет! Жанна продиктовала адрес. Когда вышла с пакетами из центра её уже ждал автомобиль. Она села в машину, водитель очень приятный молодой человек, сказал, что перед сдачей крови нужно много пить и протянул бутылочку воды. Жанна взяла, открыла и попила, откинулась на сиденье поудобнее, и почти сразу же почувствовала, что невероятно хочется спать, она провалилась в сон. Проснулась она от резкого яркого света в глаза. Лежала на какой-то кушетке в белой, похожей на больничную, палате, но без окон. В голове была тяжелая, ватная муть, тело не слушалось. Попыталась приподняться, но поняла, что запястья и лодыжки мягко, но надежно зафиксированы широкими матерчатыми ремнями. Паники сначала не было, лишь глубокая, пьянящая от снотворного недосказанность. «Наверное, так и надо, чтобы я случайно не дернулась», — мелькнула вялая мысль. Дверь открылась. Вошла незнакомая женщина в белом халате, с усталым, невыразительным лицом. За ней — тот самый приятный водитель, только теперь в медицинской одежде. - «Жанна, не волнуйтесь. Все идет по плану. Просто ваша группа крови — действительно большая редкость, и реципиент нуждается в… более активном участии донора. Это займет чуть больше времени, чем стандартный забор крови. Вам будут очень хорошо платить», — голос женщины был ровным, как гудение холодильника. Жанна хотела спросить, что значит «активное участие», но язык не повиновался, издав лишь невнятный мычащий звук. Потом начались процедуры. Не уколы в вену, а что-то другое, более долгое и странное. К ней подключали капельницы, брали не только кровь, но и образцы тканей, делали какие-то сложные инъекции. Она плавала в полузабытьи, улавливая обрывки разговоров за дверью: «…фертильность на удивление высокая…», «…органы в идеальном состоянии…», «…донор генетического материала хорошего качества…» «…инкубаторский материал отличный…». Сейчас слово «донор» звучало зловеще. Сквозь пелену она видела лица в масках и без, но не чётко. Очнулась она окончательно в другой комнате, похожей на обычную больничную палату, но с решеткой на единственном окне. Ремней на теле не было, но слабость была такая, будто из неё выкачали всё до капли. На тумбочке лежал простой телефон. Он тут же позвонил. Такой же безэмоциональный женский голос сообщил, что «процедура ещё не завершена», «Вам рекомендован покой. И, Жанна, — голос на секунду стал ледяным, — не делайте попыток позвонить кому-либо, в ближайшее время, мы с Вами свяжемся и расскажем о дальнейших действиях " Жанна села на кровать и посмотрела на свои руки, на явные синяки от катетеров, и тихо заплакала. Она вдруг вспомнила как недавно пела: «Приходите в мой дом, мои двери открыты…» Теперь она понимала, что некоторые двери, раз открыв, закрыть уже невозможно. #пробапера@elenadefektolo