Все чашки разные: почему ребёнок должен понять, что это всё равно чашки
Все чашки разные: почему ребёнок должен понять, что это всё равно чашки На столе стоят три чашки: большая папина кружка, маленькая фарфоровая чашка и детская, яркая, с двумя ручками. Взрослый без сомнений скажет: это всё чашки, хотя они отличаются размером, цветом, материалом и формой. Ребёнку ещё предстоит обнаружить, что за разным внешним видом скрывается общее назначение: из этих предметов можно пить. Именно так начинает формироваться обобщённое понятие. Сначала слово «чашка» может быть связано только с одной конкретной вещью, например, с жёлтой чашкой, которая всегда стоит дома на одном месте. Ребёнок уверенно показывает её по просьбе, но не узнаёт чашку у бабушки или в игровой посуде. Это не обязательно означает, что он забыл слово, возможно, слово пока обозначает для него не целый класс предметов, а один знакомый внешний образ. Постепенно ребёнок учится замечать: чашки могут быть разными, но используются одинаково. Машины могут отличаться цветом и размером, но на них ездят. Ложки бывают металлическими, деревянными и пластиковыми, но ими едят. Этот навык влияет не только на умение разложить картинки по группам, он помогает ребёнку расширять словарь и переносить знания в новые ситуации. Если обобщение не формируется, каждую новую чашку, ложку или машину приходится запоминать почти как отдельный предмет. Поэтому ребёнок может знать свою ложку, но не найти другую по просьбе. Понимать слово «машина» на улице, но не узнавать машину в книге. Садиться на домашний стул, но теряться после просьбы «сядь на стул» в незнакомом помещении. Уже примерно с полутора-двух лет можно наблюдать, переносит ли ребёнок знакомые слова и действия на разные предметы, но проверять это только по карточкам недостаточно. На картинках ребёнок иногда ориентируется по цвету, форме, расположению или запомненному порядку. Он может правильно разложить изображения, но в реальной ситуации не понять, что перед ним предмет того же класса. Именно поэтому на диагностике я использую не только изображения, мне важно увидеть, как ребёнок действует с настоящими предметами: найдёт ли разные чашки среди другой посуды, выберет ли нужный предмет по просьбе, сможет ли напоить куклу из непривычной чашки, перенесёт ли знакомое действие на новый объект. Так я вижу не только правильный или неправильный ответ, но и ход мысли ребёнка. На что он ориентируется? Понимает ли назначение предмета? Узнаёт ли слово только в привычной ситуации? Нужен ли ему показ, жест или дополнительная подсказка? Снаружи трудность может выглядеть одинаково: ребёнок не выбрал чашку, но причины могут быть разными. Он может не понимать слово, не выделять общий признак, не знать назначения предмета или не уметь переносить знакомое знание в новую ситуацию. От причины зависит и дальнейшая работа. Одному ребёнку нужно расширять практический опыт с предметами. Другому — укреплять понимание речи. Третьему — учиться переносить знакомое действие в новые условия. Дома можно показывать разные варианты знакомых предметов и сразу использовать их по назначению: «Это тоже чашка, из неё пьёт бабушка», «А это маленькая чашка, давай напоим мишку». Но если ребёнок узнаёт предметы только в привычном виде, плохо переносит слова в новые ситуации или долго запоминает каждую вещь отдельно, одних домашних игр может быть недостаточно, важно выяснить, на каком этапе возникает трудность. Если вы узнаёте в этих примерах своего ребёнка, записаться на комплексную диагностику можно через личные сообщения