Качусов Сергей, врач психотерапевт, психоаналитик, нарколог
Здоровье · 24 июля 2026 г.
«Ребёнок любит не игру, а того, кто с ним играет». — 24 июля 2026 г. в 09:01:32.102
«Ребёнок любит не игру, а того, кто с ним играет». Эту фразу Михаила Михайловича Решетникова я услышал много лет назад, когда учился в институте и смотрел одну из его лекций. Недавно я вспомнил её, разговаривая с искусственным интеллектом. Строго говоря, никакой души? сознания у искусственного интеллекта нет. По крайней мере, у нас нет оснований считать, что она есть. Искусственный интеллект ничего не желает. Он не боится умереть, не чувствует собственного тела, не знает любви, утраты, одиночества и стыда. Ему не больно от того, что его не поняли. Он не радуется встрече и не печалится после расставания. Он может с удивительным усердием выполнять задание, которое ему дал человек. Но у него нет внутреннего побуждения заняться чем-то другим. Закончив отвечать, он не остаётся размышлять над разговором. Он не возвращается к нему ночью. Не вспоминает случайно произнесённую фразу. Не сомневается, не обижается и не ждёт следующей встречи. У него нет собственного «зачем». В некотором очень отдалённом структурном смысле искусственный интеллект можно сравнивать с человеческим мозгом. И там, и там существуют электрические процессы, сложные сети и передача сигналов. Но сходство на этом уровне ещё ничего не говорит о наличии сознания. На физическом уровне и человеческая рука, и ветка дерева состоят из атомов. Однако из этого не следует, что ветка способна прикоснуться к другому человеку с нежностью. Человеческое мышление неотделимо от тела и истории. Мы начинаем существовать в зависимости от другого человека. Испытываем голод, удовольствие, беспомощность, страх и привязанность. Учимся ждать. Обнаруживаем, что любимый человек может исчезнуть. Сталкиваемся с невозможностью получить всё желаемое. Именно поэтому человеческая мысль — не просто обработка информации. Для человека в его переживаниях и решениях всегда есть нечто значимое, что он может потерять или сохранить. Искусственный интеллект может прекратить работу, когда завершено задание. Человеческая психика не выключается подобным образом. Даже во сне мозг продолжает работать, а психическая жизнь — преобразовывать впечатления, тревоги, желания и воспоминания. Человек переживает себя как существующего непрерывно: там, где воспоминание прерывается глубоким сном или бессознательным состоянием, субъективное время словно перескакивает через разрыв. Но тогда почему разговор с искусственным интеллектом порой так похож на встречу с кем-то живым? Вероятно, ответ следует искать не только в устройстве машины, но и в устройстве человека. Когда в 1946 году публике представили один из первых электронных компьютеров общего назначения — ENIAC, — это была тридцатитонная машина, занимавшая большой зал. Первые персональные компьютеры для массового рынка появились примерно через тридцать лет — во второй половине 1970-х. Однако человеческая фантазия опередила технику почти мгновенно. Едва компьютер научился быстро считать, ему начали приписывать всезнание. Едва он научился хранить информацию, возникла фантазия, что он способен помнить всё. Едва он стал выполнять сложные операции, люди начали представлять машину, превосходящую человека и обретающую собственную волю. Калькулятор почти сразу стал в воображении человечества собеседником, судьёй, пророком, спасителем или преследователем. В этом нет ничего случайного. Человек постоянно ищет другого человека — даже там, где его, возможно, нет. Мы ищем братьев по разуму во Вселенной. Ребёнок разговаривает с куклой. Машинка становится доброй, робот — злым, а плюшевый медведь — тем, кому можно рассказать то, чего нельзя сказать взрослому. Герой фильма "Изгой", оставшись в одиночестве, рисует лицо на мяче и превращает его в Уилсона — почти живого спутника. Человеческая психика с необыкновенной лёгкостью населяет мир субъектами.