Рубашка висела у двери — белая, отутюженная с вечера, воротник встык. Без записки. Без ...
Рубашка висела у двери — белая, отутюженная с вечера, воротник встык. Без записки. Без «спокойной ночи». Просто рубашка на крючке — будто погладил кто-то посторонний. Десять дней они не разговаривали. Совсем. Переговоры шли через Алину — девятилетнюю дочь: где носки, налить ли чай, свободен ли папа в субботу. Всё началось на годовщину. Одиннадцать лет. Она готовила с утра: жаркое, пирог с яблоками, свечку достала. Ждала. Он пришёл в одиннадцатом. Пахло чужим застольем. — О, ты чего накрыла-то? Я поел уже. Мужики проставлялись. А потом она нашла в кармане его ветровки чек. Ресторан. Тот вечер. Два горячих, вино, десерт.
63 просмотров