Честно говоря, я долго обходил Мэйчжань стороной. Мне казалось, что это какой-то «второ...
Честно говоря, я долго обходил Мэйчжань стороной. Мне казалось, что это какой-то «второстепенный» сорт. Ну, знаете, как бывает: все гоняются за «Ню Жоу» (мясо) и «Цзи Сюэ» (курица), а Мэйчжань стоит в сторонке, как бедный родственник. Но чем дольше я нахожусь в теме, тем отчетливее понимаю, что настоящие бриллианты часто прячутся не на витрине, а в дальнем углу сейфа. И именно Мэйчжань, с его богатейшей историей, в последнее время стал моим личным «открытием года». Сегодня у меня в пиале — Мэйчжань (梅占),浓香型 (нун сян син, насыщенный аромат), весна 2025 года, с легендарной родины уишаньских утесов. Сразу нырнем в матчасть, потому что история этого чая достойна экранизации. Название «Мэйчжань» переводится не просто как «слива», а отсылает к древней китайской поговорке «Мэйчжань Бай Хуа Куй» (梅占百花魁) — «Слива первенствует над сотней цветов». Слива в китайской эстетике — это символ гордой стойкости, ведь она зацветает первой, еще под снегом, когда остальные цветы и не думают просыпаться. Легенда, которую я откопал в чайных летописях, уходит корнями в эпоху Цин. Дело было в уезде Аньси, в деревне Саньян, что у подножия горы Иньпин — родине Мэйчжаня. Есть две основные версии. Первая, романтичная: в 1810 году крестьянин по имени Ян Итан (杨奕糖) работал в поле Байчжан и угостил обедом уставшего путника, который нес саженцы чая. В благодарность старец подарил ему три саженца, которые Ян посадил возле своего дома. Кусты разрослись, зацвели, и их аромат напоминал цветы дикой сливки (ла мэй). По другой версии, в 1821 году гость из Сипина, увидев роскошное чайное дерево, но не зная его имени, нашел ответ... на дверном косяке, где висела табличка с той самой фразой «Мэйчжань Бай Хуа Куй». Оба предания сходятся в одном: местный ученый муж, то ли Ян Хуэйвэнь, то ли Ян Фэйвэнь, пораженный сходством цветов чая с腊梅 (лат. Chimonanthus praecox), официально нарёк сорт «Мэйчжань». Что делает Мэйчжань уникальным с ботанической точки зрения? Это 小乔木型 (сяо цяо му син) — небольшое древовидное растение, которое может вымахивать до 1.6 метров в высоту. У него огромные, мясистые, темно-зеленые листья и поразительная приспособляемость. За эту способность принимать любую форму его называют «万能茶» (вань нэн ча) — «универсальным чаем». Из него делают всё: зеленый, белый, красный (в том числе знаменитый Цзинь Цзюнь Мэй), но истинное величие он обретает именно как уишаньский улун. Его «ахиллесова пята» — 持嫩性较差 (низкая побегостойкость). Лист быстро грубеет, поэтому требует 嫩采 (нежного сбора) и ювелирной обработки: 重晒 (сильная сушка на солнце), 轻摇 (легкое встряхивание). Только так можно обуздать его дикий нрав и превратить резкую зелень в благородный аромат. Перехожу к нашему экземпляру. Производитель «Ци Гу Янь» (奇谷岩) находится в деревне Чжэян, в самом сердце Уишаня. Сырье собрано весной 2025 года и выдержано в стиле 浓香型 (нун сян син) — это означает более сильный, «хлебный» прогрев, который дает глубокий, насыщенный вкус без лишней резкости. Сушняк выглядит роскошно: длинные, скрученные, иссиня-черные полосы с едва заметным маслянистым блеском. Аромат сухого листа плотный, с отчетливыми нотами каленого лесного ореха и легким шлейфом карамели. После прогрева чайник взрывается. Первая волна — это чистый, холодный, почти пронзительный аромат дикой сливы (梅花香). Но буквально через секунду он начинает «танцевать». Появляются удивительные ноты: нежная орхидея, и даже немного цитрусовой цедры. Глубина аромата поражает — он не плоский и однозначный, а многогранный, как хороший парфюм. Настой завораживает. Цвет — чистейший, прозрачный, янтарный с ярким оранжевым отливом. По краю пиалы отчетливо виден «золотой ободок» (金圈), что говорит о высокой плотности и правильной ферментации.