Личные заметки. Как впихнуть невпихуемое.
Личные заметки. Как впихнуть невпихуемое. Добровольно (ключевое слово здесь добровольно, я писала об этом тут https://max.ru/channel_polina_fit/AaCWU1zZc1E) ввязалась в очередное обучение. На скринах моя новая персональная инквизиция и по совместительству личный кабинет. Первые блоки уроков уже позади, мозг пока на месте, но периодически пытается вежливо со мной попрощаться и уйти в закат. Сейчас я прохожу раздел анатомии. Это отдельный вид искусства. Строение, функции, хитрые взаимосвязи... Я уже успела углубиться в анатомию ушей, пальцев, языка и мозга. Теперь я знаю про ушные раковины, извилины и рецепторы столько, что невольно начинаю сканировать взглядом прохожих. Иногда кажется, что я изучаю не человека, а собираю сложнейший пазл, где одна деталька отвечает за шевеление мизинцем, а другая - за попытки осознать этот мир. Если наложить эту учебу на мою привычную реальность, получается идеальный рецепт для какого-то реалити-шоу: 1. Работа номер один (требует времени). 2. Работа номер два (требует еще больше времени). 3. Мои любимые подопечные, которых нужно постоянно вести, мотивировать, контролировать и любить (сами они себя не потренируют). 4. Мои собственные тренировки, потому что сапожник без сапог - это не наш вариант, марку нужно держать в любой непонятной ситуации. 5. И финалом - ОНА. Учеба. После полуночи переимущественно. Тяжело ли мне? Ну… есть немного. Знаете, в это все вмешалась еще одна драма. Некоторое время назад я гордо отказалась от кофеина. Чистый организм, дзен, энергия изнутри (как-то так был посыл). До первых ночных лекций и первого серьезного экзамена. В общем, система дала сбой. Теперь после ночных штурмов гранита науки или очередной сдачи тестов я утром собственными руками завариваю себе одну порцию некрепкого эспрессо. Чисто чтобы напомнить своему перегруженному мозгу, как выглядел этот мир до того, как в него ворвались все эти функции и строение органов. В сутках по-прежнему 24 часа, и как я собираюсь все это совмещать дальше- отличный вопрос. Но процесс пошел, отступать некуда. По крайней мере, теперь я смогу научно обосновать подопечным, какой именно отдел мозга у них сопротивляется во время тяжелых подходов «любимых» упражнений.