— За три аборта она мне больше не дочь, — отрезал брат. В тот же вечер я выставила его ...
— За три аборта она мне больше не дочь, — отрезал брат. В тот же вечер я выставила его вещи — Что это за дрянь? — брат молча брякнул на кухонный стол глянцевую розовую папку. Я отложила кухонное полотенце. Подошла поближе. Михаил стоял бледный. В его массивных руках дрожала какая-то икеевская коробка из-под обуви. — Миш, ты где это взял? — спросила я, заглядывая через его плечо. — На антресолях у нашей красавицы, — хрипло выдавил он. — Полез вентиляцию чистить. Задел коробку. Она свалилась. Я открыла папку. Три плотных листа с синими печатями. Договоры на оказание платных медицинских услуг. Клиника элитная, в самом центре города. Я прищурилась, читая диагнозы и наименования процедур. «Медикаментозное прерывание беременности». Дата: прошлая осень. Сумма: 150 000 рублей. Включена VIP-палата, наркоз, консультации психолога. Второй лист. «Вакуумная аспирация». Дата: позапрошлая зима. Сумма: 165 000 рублей. Дополнительно оплачен восстановительный курс. Третий лист. Снова прерывание. Дата: три года назад. Сумма: 165 000 рублей. — Три раза, — глухо сказал Михаил. — Степановна, три раза она это сделала. Я молчала. Воздух на кухне вдруг стал тяжелым. Алине, единственной дочери Михаила, в прошлом месяце исполнилось 25 лет. Из них ровно 5 лет она замужем за своим Вадиком. — Миша, подожди, — я попыталась подобрать слова. — Это ее тело. Да, неприятно. Да, не сказала. Но она взрослая женщина. Михаил резко развернулся. Его кулак с такой силой грохнул по столешнице, что зазвенели чашки. — Ее тело? — прорычал брат. — Ты на суммы посмотри! Ты помнишь, на что она просила у меня деньги прошлой осенью? Я похолодела. Я прекрасно помнила. — На операцию по удалению эндометриоза, — тихо ответила я. — Именно! — рявкнул Михаил. — Она сидела вот на этом самом стуле. Плакала крокодильими слезами. Говорила, что может остаться бесплодной. Что государственные врачи ее искалечат. Что нужно срочно оперироваться в платной! Он выхватил второй чек. — А позапрошлой зимой? — его голос сорвался. — Она просила на удаление тяжелой кисты.…