— Это ошибка, — соврала мать. Пока муж выставлял мои вещи, я узнала о ее тайной квартире
— Это ошибка, — соврала мать. Пока муж выставлял мои вещи, я узнала о ее тайной квартире — Что это за бумажка? — тихо спросила я. — Дай сюда! — резко крикнула мать. Она дернулась так, что едва не опрокинула чашку. На полу лежали рассыпанные таблетки. Упала сумка. А рядом белел смятый конверт. Налоговое уведомление за прошлый год. Я успела схватить его первой. Глаза быстро пробежались по строчкам. Улица Вишневая. Дом восемь. Квартира сорок два. Имя собственника — Тамара Николаевна Смирнова. Моя родная мать. — Мам? — я непонимающе посмотрела на нее. — Откуда у тебя квартира на Вишневой? — Это ошибка! — она вырвала конверт. — Просто сбой в базе! — Сбой? — я усмехнулась. — И налог в восемь тысяч — тоже сбой? В коридоре загрохотали коробки. Мой муж Паша снова пнул мой чемодан. Мы разводились. Точнее, он меня вышвыривал. — Наташка, ты скоро свалишь? — крикнул он из прихожей. — Грузчики через час приедут! — Иду! — огрызнулась я. Я снова повернулась к матери. Она сидела бледная. Глаза бегали. — Мам, мне жить негде, — я понизила голос. — Паша выгоняет меня на улицу. Ты три года говорила, что у тебя даже комнаты свободной нет. Что это за квартира на Вишневой? — Никакой квартиры нет! — взвизгнула мать. — Хватит меня допрашивать! Я старая больная женщина! Она схватила сумку. Застегнула молнию дрожащими руками. — Собирай вещи, Ната, — пробормотала она, глядя в пол. — Снимешь комнату. Выкрутишься. Ты молодая. — А ты куда? — опешила я. — У меня давление скачет! — отрезала она. — Поеду домой. Лягу. Дверь хлопнула. Я осталась стоять посреди разоренной кухни. В кармане лежал мой телефон. Я достала его. Открыла приложение с картами. Вишневая, восемь. Это же новый элитный ЖК на другом конце города. — Чего застыла? — в кухню ввалился Паша. — Забирай свои кастрюли. И ключи на стол положи. — Я отдала за эту ипотеку восемьсот тысяч!…