НЕ РОДИСЬ КРАСИВОЙ 2 - 74 — 7 июля 2026 г. в 06:22:17.936
НЕ РОДИСЬ КРАСИВОЙ 2 - 74 Начало Только Кондрат не шевелился. Он сразу выбрал одного человека. Того, что приземлился ближе всех к болоту. Парашютист действовал слишком спокойно. Освободившись от строп, он не бросился искать своих, не озирался растерянно по сторонам. Сначала привычным движением проверил оружие. Потом быстро взглянул в небо, словно убеждался, что самолёт ушёл. После этого внимательно осмотрел костры, людей и только затем сделал первый шаг. Кондрат едва заметно прищурился. «Опытный...» Эта мысль возникла мгновенно. Перед ним был не обычный связной. Так ведут себя люди, которых учили не верить никому. К нему уже подбежал «немецкий» унтер-офицер. Заговорил быстро, уверенно, будто встретил старого сослуживца. Но парашютист ответил коротко, почти сухо. Не улыбнулся. Не обнялся. Даже пистолет не убрал в кобуру. Всё время держал его в руке, словно ожидал опасности с любой стороны. Кондрат тихо сказал, не отрывая взгляда: — Правый опасный. Руднев сразу посмотрел туда же. — Почему? — Потому что он ещё не решил, что остался жив. — Не понял. Кондрат продолжал наблюдать. — Он не радуется. Он проверяет. Руднев несколько секунд молчал. — Берём? — Нет. Кондрат отрицательно покачал головой. — Пусть смотрит. И ему позволили смотреть. Он прошёл через весь лагерь. Увидел костры. Увидел раненого, лежавшего возле землянки с перебинтованной ногой. Услышал, как двое солдат ругаются из-за пайка и последней банки тушёнки. Прошёл мимо кухни, где повар недовольно ворчал на помощника. Потом почти случайно оказался возле штабной землянки. Там Шимерт, не обращая на него никакого внимания, склонился над картой и раздражённо спорил с офицером о каком-то маршруте. Всё выглядело настолько естественно, что невозможно было заподозрить заранее подготовленную игру. Кондрат продолжал молча наблюдать. Он ждал. Потому что знал: настоящий разведчик начинает верить не тогда, когда ему показывают правду. А тогда, когда перестаёт находить ложь. Шимерт играл безукоризненно. Когда Кондрат впервые увидел его в роли подполковника Шимерта, он невольно задержал взгляд. Перед ним уже не было того пленного немецкого офицера, которого когда-то привели на первый допрос. Исчезла настороженность человека, не знавшего своей судьбы. Теперь у штабной землянки сидел командир разбитой части — измученный, небритый, раздражённый, смертельно уставший. Мундир был расстёгнут, шея перевязана грязноватым бинтом, на столе лежала карта, густо испещрённая карандашными пометками. Всё выглядело так естественно, что Кондрат невольно поймал себя на мысли: ещё немного — и сам поверит в эту легенду. Когда в землянку вошли прибывшие агенты, Шимерт даже не поднялся. Он лишь медленно оторвал взгляд от карты и посмотрел на вошедших так, словно их появление только мешало ему работать. — Вы опоздали, — холодно произнёс он по-немецки. Старший агент сразу вытянулся. Щёлкнули каблуки. — Господин подполковник, по приказу командования мы доставили связь, радиотаблицы и медикаменты. В штабе восхищены вашей стойкостью. На лице Шимерта появилась усталая усмешка. Он медленно откинулся на спинку стула. — Восхищение... — сказал он с едва скрываемым раздражением. — Очень плохая замена хлебу. Ответ прозвучал настолько естественно, что даже агент на мгновение растерялся. Это была не красивая фраза. Так действительно мог ответить человек, который месяцами жил в окружении, терял людей и каждый день ждал смерти. Кондрат стоял за плотной брезентовой перегородкой. Перед глазами была только узкая щель, через которую просматривался кусок стола и лица собеседников. Он не вслушивался в немецкие слова, он слушал другое. Интонации. Паузы. Дыхание. Голос Шимерта оставался спокойным. Голос агента — слишком собранным. «Проверяет...» — подумал Кондрат. Он почти видел, как тот мысленно сопоставляет каждую услышанную фразу с тем, что ожидал увидеть. После короткой паузы агент задал следующий вопрос. — Каковы ваши потери? Шимерт даже не ответил сразу. Он медленно бросил карандаш на карту. Тот глухо стукнулся о дерево. Потом