🎃 САМАЙН: ЛИШНЯЯ ТАРЕЛКА
🎃 САМАЙН: ЛИШНЯЯ ТАРЕЛКА Старая ирландская страшилка говорит: в ночь с 31 октября на 1 ноября за столом иногда оставляли лишнее место. Не для гостя. Для того, кто уже не сможет постучать в дверь. В одной семье этот обычай соблюдали много лет. После ужина мать ставила на край стола чистую тарелку, рядом клала кусок хлеба, яблоко и чашку молока. Потом свечи гасили, двери запирали и расходились по комнатам. Было только одно правило: до рассвета к столу не подходить. Считалось, что в Самайн граница между мирами становится тонкой. И если кто-то из умерших захочет ненадолго вернуться домой, ему нельзя мешать. Однажды ночью младшая дочь семьи проснулась от тихого звона. Ей показалось, что внизу кто-то задел ложку. Девочка лежала неподвижно и слушала. Через несколько секунд с кухни донёсся скрип, будто кто-то медленно отодвинул стул. Потом стало тихо. И снова раздался тот же звук. Она решила, что это мать, и вышла в коридор. В доме было темно, только лунный свет из окна ложился узкой полосой на кухонный стол. Стул перед оставленной тарелкой был отодвинут. Тарелка оказалась пустой. Чашка тоже. Девочка уже собиралась позвать родителей, когда заметила на деревянном полу мокрые следы босых ног. Но они не вели от входной двери и не начинались возле окна. Первый след находился прямо рядом со стулом. Следующий — чуть дальше. Потом ещё один. Они уходили из кухни в коридор и поднимались по лестнице наверх. Девочка закричала. Отец прибежал первым, проверил двери — заперты. Окна — закрыты. Следы тянулись до второго этажа и оборвались возле комнаты детей. До рассвета в доме больше никто не спал. Утром мать вернулась на кухню, чтобы убрать оставленную посуду. Возле пустой чашки лежал маленький тёмный предмет — старая медная пуговица. Она долго держала её в ладони, потом молча подошла к сундуку и достала пальто своего старшего сына. На пальто не хватало одной пуговицы. Мальчик умер предыдущей зимой. После этого семья решила больше никогда не оставлять еду для мёртвых. Следующей осенью стол после ужина убрали полностью. Никакой лишней тарелки, никакого хлеба, никакого молока. Ночь Самайна долго оставалась совершенно тихой. А около полуночи сверху донёсся знакомый скрип. Кто-то медленно отодвигал стул. Только теперь стул стоял не на кухне... Он стоял в детской. 🎃 Иногда страшнее всего не тот, кого пригласили войти. А тот, кто однажды решил остаться.