НС

"На своей стороне. О психологии - просто с Анной Полторак""

Психология · 15 сентября 2026 г.

Открыть канал в MAX

Кажется, нужно позвать пояснительную бригаду. Она приехала.

Кажется, нужно позвать пояснительную бригаду. Она приехала. Когда я выложила первый пост про контейнирование, вопросов не возникло. А вот второй, вчерашний, про то, что люди имеют право в контейнировании отказывать, вызвал недоумение: что, так теперь и говорить? (Это было ВКонтакте, но расскажу везде, вдруг вы просто постеснялись?) Нет, конечно. Говорить необязательно. Но это не отменяет того, что мы сами выбираем, в чьи проблемы и насколько глубоко вовлекаться эмоционально. Давайте разложу. Контейнирование - это функция. Готовность и способность принять и переработать эмоции другого человека. Она предполагает, что у одного ресурса больше и он готов им делиться. Это по умолчанию делают достаточно хорошие родители, родственники, друзья. Многие ждут того же от врачей, учителей, соцработников, работников МФЦ и так далее. Когда один человек выгружает другому свои проблемы, беды и печали и ждёт поддержки, одобрения и помощи. Но бывает так, что перерабатывать негатив другого душевных сил нет. Да ладно, не только негатив. Иногда и порадоваться от души не хватает ресурса. Это и означает «не могу тебя контейнировать», даже когда не произносится именно такими словами. Тут важная оговорка. У врача, учителя, соцработника контейнирование - часть профессиональной роли, за которую платят. У родителя, друга, партнёра - нет. Это не работа, это личная функция. И путать одно с другим не стоит: от профессионала мы вправе ждать выдерживания в рамках его задач, но не до бесконечности. И у него есть предел. Психологов я сюда намеренно не включаю не только потому, что нам платят деньги. Для нас забота о собственном контейнере - часть профессионального стандарта. Профессиональный психолог, психотерапевт отвечает не только за размер контейнера, но и за умение отделять свои проблемы от клиентских. Именно для этого личная терапию и супервизии должны быть в обязательном порядке. Ещё важный момент: есть иерархические принципы. От младшего к старшему, от того, кто в ситуации более взрослый, ресурсный, то есть потенциально может помочь, к более слабому. А в сложных ситуациях, в травматических или даже при соматическом заболевании, регресс к детской позиции - норма. «Взрослый» здесь — не про паспортный возраст, а про рациональную, менее эмоциональную позицию. Как бы странно выглядело, если бы учитель начал жаловаться ученикам на несправедливость директора или проблемы со свекровью, ожидая от них поддержки и утешения. Или врач стал делиться с пациентом жалобами на зарплату или самочувствие... Когда родители возлагают на ребёнка ответственность за своё счастье, привлекают его в коалиции внутри семьи, потому что папа обижает маму или наоборот, - это называется парентификацией. Ребёнок и родитель как бы меняются местами. А это против природы: у ребёнка и физиологически, и психологически нет ресурса (читай — контейнера) перерабатывать эмоции взрослого. Не по Сеньке шапка. Он не плохой, он просто маленький. Ничем хорошим для ребёнка это не заканчивается как правило. Если не считать хорошим повод обратиться за психотерапией. А это всегда полезно, точно вам говорю. Всегда во благо. Акцентирую, чтобы не осталось двусмысленности. Ребёнок не должен контейнировать родителя. Но и родитель не обязан отчитываться перед ребёнком, что «контейнер перегружен». Задача взрослого - найти себе поддержку. Но не у ребенка. У психолога, у друзей, в своей терапии. И давайте начистоту: каждый взрослый сам определяет, насколько он готов включаться в проблемы других, если они - не его дети. Будет ли он жертвовать своим здоровьем, психическим и физическим, или нет, каждый решает сам. И этот выбор имеет право на уважение. Более того, выбор делается какждый раз заново, а не единожды навсегда. Да, «не буду тебя контейнировать» звучит грубовато, согласна. Но есть же более приемлемые варианты, не так ли? «Знаешь, я сейчас так вымотана, что у меня нет сил даже порадоваться за тебя. Я рада, но не бурно»