Значит, рыльце в пушку 🤬 — Ты это сейчас серьёзно сказал, или мне просто послышалось?
Значит, рыльце в пушку 🤬 — Ты это сейчас серьёзно сказал, или мне просто послышалось? Ксения отложила стилус. Планшет со сметой отъехал к краю стола, чуть не упав. — Ксень, — Денис переминался у двери. Кроссовки оставляли грязные следы на ламинате. — Мама ночами не спит. Говорит, я чужого ребёнка воспитываю. А родной отец… — Родной отец ты, — перебила она. — И это факт, а не версия. — Но Миша… он так изменился. Глаза какие-то другие стали. Характер… — Ему четыре года, Ден. Дети меняются каждый месяц. Ты сам это знаешь. — Я не про это. Мама взяла календарь. Отсчитала от дня рождения назад. — И что насчитала, счетовод? — Я три недели был в Нижнем. На объекте. Налаживал поставку. Меня дома почти не было... Ксения смотрела на мужа. Считала, что мальчик — копия её отца. И не только она это видела. Тот же упрямый подбородок, те же глаза, светлые волосы. Генетика — штука упрямая. Но мать мужа, Галина Петровна, бывший главный бухгалтер завода, видела подвох в каждом слове. Ксения вспомнила, как год назад ее тётя Люда, лёжа в больничной палате, протянула ей ключи. «Это тебе, Ксюша. Ты единственная, кто заслужил. Не продавай сразу. Пусть стоит. Для тебя и Миши»... — И что ты хочешь? — Давай сделаем тест. Закроем эту тему. Мама успокоится. Мы… мы снова будем семьёй. И все будет хорошо. — А если тест покажет, что он твой? — Он и есть мой. — Тогда зачем эта драма? Денис опустил взгляд. Провёл пальцем по краю стола. — Она переживает. Ей нужно знать правду, нужны доказательства. Так ей спокойнее. — Ей нужны не доказательства. Ей заняться нечем, Дэн. ...За завтраком три дня назад Денис вдруг сказал: «Ксень, а давай теткину квартиру продадим? Ремонт дома хороший сделаем, и машину купим, и… у меня бизнес-план есть. Модульные бани. Валерка вложит в партнёрство». Ксения тогда не ответила. Просто посмотрела на Дениса, словно впервые видела... ...В комнате раздался смех. Миша влетел с восковыми мелками. — Мама! Мама! Смотри, что я нарисовал! Ксения подняла глаза. На старых обоях — тех самых, что она вчера начала снимать для ремонта, — красовался огромный рисунок. Два домика. Между ними забор. На заборе табличка: «Бани Дениса». Рядом стояли две фигурки. Одна в кепке (папа), другая поменьше (Миша). — Ой, а маму забыл... — сказал Миша, растерянно глядя на бумагу. — Мама тут, — Ксения взяла мел. Дорисовала рядом с домиками маленькую машинку. «Ксения едет на объект». — А зачем машинка? — Потому что я каждый день уезжаю. А ты остаёшься. С папой. Миша кивнул. Побежал обратно рисовать. Денис стоял с довольной физиономией. — Видишь? — он повернулся к Ксении. — Мой сын. И вообще, мы команда. — Команда, — Ксения закрыла планшет. — Ден. Ты правда думаешь, что ты… не отец Миши? — Я не думаю. Мама думает. — Она использует тебя как рычаг. Чтобы добраться до моих денег. — Не говори так. Она просто… она любит меня. Переживает. — Она любит свои страхи. Еще себя. Звонок в дверь. Денис вздрогнул. Пошёл открывать.