Капкан для волчицы - 49 После смерти Зинаиды Тамара надолго замкнулась в себе. Она ст...
Капкан для волчицы - 49 После смерти Зинаиды Тамара надолго замкнулась в себе. Она стала ещё холоднее, ещё отстранённее. Если раньше она хотя бы изображала, что любит родителей, то теперь в её глазах поселилась такая ненависть, которая пугала даже прислугу. Она могла раскричаться из-за любой мелочи, в истерике смести на пол, всё, что попадалось под руку, а ещё перестала улыбаться, шутить и делиться с матерью тем, что происходит в её жизни. Алла Борисовна заметила перемены в дочери сразу. Она видела, как Тамара сидит за обеденным столом, механически пережёвывая пищу, смотрит в одну точку, как вздрагивает, когда к ней обращаются. Однажды вечером, когда Тамара собиралась уйти в свою комнату, Алла остановила её. – Тома, постой, – сказала она мягко, беря дочь за руку. – Присядь. Я хочу поговорить с тобой. Тамара остановилась, но не села. Она стояла у двери, готовая в любой момент выбежать из комнаты. – Мам, я устала, – сказала она ровным голосом. – У меня много уроков. – Тома, – Алла подошла к ней ближе и заглянула в глаза. – Я вижу, с тобой что-то происходит. Ты сама не своя последнее время. Ты плохо спишь, почти ничего не ешь. Похудела сильно. Расскажи мне, что случилось. Я твоя мать, я хочу тебе помочь. Тамара посмотрела на неё. На чужую, по сути, женщину, которая воспитывала её, вечно учила, что ей делать, как себя вести, как одеваться, каких друзей выбирать, где учиться… И которая смела называть себя её матерью. Внутри Тамары всё перевернулось от ненависти. «Ты не моя мать, – подумала она. – Ты чужая женщина, которая забрала меня из детского дома. Ты лгала мне все эти годы. Ты не имеешь права знать, что у меня внутри». – Всё нормально, мама, – сказала она вслух, и голос её звучал глухо. – Просто устала. Сама знаешь, подготовка к экзаменам – нагрузка большая. Всё пройдёт. – Тома, я чувствую, что дело совсем не в экзаменах, – Алла сжала её руку сильнее. – Я твоя мать, я знаю тебя. Ты можешь мне довериться. – Я сказала – всё нормально, – Тамара одёрнула руку. – Отстань. Она вышла из комнаты, оставив Аллу стоять в растерянности. Поднимаясь по лестнице, Тамара слышала, как мать тихо вздыхает. Но в душе не было ни капли жалости. Только холодная, расчётливая злость. «Я отомщу вам, – думала она, ложась в кровать. – За то, что врали мне. За то, что сделали меня чужой в собственном доме. За то, что я узнала правду не от вас, а от пьяной нищенки на улице. Вы заплатите за это». Когда Тамаре исполнилось семнадцать, в её жизни появился Антон. Он был старше неё на пять лет, широкоплечий, с дерзким взглядом и шрамом на подбородке. Он занимался рэкетом – выбивал долги, «решал вопросы», как он сам говорил. Для Тамары он был воплощением свободы. С ним она чувствовала себя сильной. С ним она могла быть той, кем хотела. Они встречались тайно полгода. Но однажды Аркадий Сергеевич узнал об этом. Ему донесли люди, которые видели Тамару с Антоном в ресторане. Вечером того же дня в доме разразился скандал. – Ты с ума сошла? – кричал Аркадий, расхаживая по гостиной. – Тебе сколько лет?! А ты встречаешься с бандитом? С каким-то рэкетиром? – Он не бандит! – крикнула Тамара в ответ. – Он бизнесмен! – Бизнесмен? – Аркадий остановился и посмотрел на дочь с горькой усмешкой. – Он выбивает деньги из людей, Тома. Он уголовник. Я запрещаю тебе с ним встречаться. – Ты не можешь мне запретить! – Тамара вскочила с дивана. – Пока ты живёшь в моём доме, ты будешь делать так, как я говорю! – рявкнул отец. – Если я узнаю, что ты снова с ним встретилась, я запру тебя в комнате и выброшу ключ. – Аркаша, пожалуйста… – Алла умоляюще протянула к мужу руки. – Папа, Тома, перестаньте, – вмешался и Костя, который заехал навестить родителей, а теперь сидел в углу и наблюдал за неприятной сценой. – Давайте успокоимся и всё обсудим спокойно. – Нечего тут обсуждать! – оборвал его Аркадий и снова повернулся к дочери. – А ты запомни! С этого дня я не спущу с тебя глаз. А ещё тебя везде будет сопровождать Николай. И не вздумай сбежать от него. Будет только хуже. Тамара смотрела на