Первая часть называется «Матери больше, чем женщины».
Первая часть называется «Матери больше, чем женщины». Авторы начинают с наблюдения, которое знакомо многим: рождение ребёнка, особенно первого, может полностью захватить женщину. Она перестаёт быть «просто женщиной» и становится «матерью в большей степени, чем женщиной». Её мир сужается до ребёнка, а всё остальное — муж, друзья, собственные желания — уходит на второй план. Глава 1. Матери в большей степени, чем женщины, и девочки-младенцы О чём эта глава? «Воспаление материнства» В книге приводится яркая метафора из романа Эрве Базена «Супружеская жизнь»: он называет это состояние «материнтом» — воспалением материнства, когда женщина забывает о своей супружеской идентичности и полностью растворяется в ребёнке. Это не просто критика, а описание реальной опасности: мать может бессознательно перенести на малыша ту близость и интимность, которая раньше принадлежала мужу. Психоаналитик Винникотт называл это «первичной материнской озабоченностью». Одинаково ли мамы относятся к сыновьям и дочерям? Интересный факт, который обсуждается в главе: исследования и даже художественная литература показывают, что матери склонны больше и дольше кормить грудью и нянчить мальчиков, чем девочек. Это уже с самого начала задаёт разную динамику в отношениях с дочерью и с сыном. Главная опасность — симбиоз Когда мать полностью сливается с младенцем, возникает вакуум вокруг их пары. Из отношений выпадает отец, а в перспективе — и весь остальной мир для ребёнка. Такая патологическая привязанность — когда мать получает удовольствие от бесконечной самоотдачи, а ребёнок становится её единственным источником восполнения. В результате девочка вырастает с неутолимой жаждой любви и признания, потому что её не научили быть отдельной личностью. Итог главы: Первые месяцы жизни малыша требуют от матери полной самоотдачи — это естественно. Но если эта «первичная материнская озабоченность» затягивается и не уравновешивается присутствием отца (или любой другой «третьей» фигуры), она превращается в ловушку. Дочь привыкает к тому, что её мир — это только мать, и несёт этот паттерн во взрослую жизнь.