ПОСЛЕДНЯЯ ПАРТИЯ
ПОСЛЕДНЯЯ ПАРТИЯ Глава 2 Департамент государственных закупок располагался в сером здании сталинской постройки, где коридоры пахли старой краской и канцелярской тоской. Воронин встретил их в своем кабинете — невысокий мужчина с нервным тиком в левом глазу и потными ладонями. — Витя погиб... не могу поверить, — повторял он, теребя галстук. — Мы же только на прошлой неделе виделись, обедали в "Пушкине". Он был взволнован чем-то, но я подумал — работа... Злобин изучал Воронина с профессиональным интересом. Человек явно нервничал, и не только от горя. Малышев тем временем фиксировал разговор на диктофон, попутно делая пометки в планшете. — А чем именно он был взволнован? — мягко спросил полковник. — Говорил, что наткнулся на что-то большое. Какие-то документы, схему... Я не очень понял, честно говоря. Витя всегда был скрытным. — Документы какого характера? Воронин замялся, и тик участился: — Ну, вы же знаете, как у нас в системе... Всегда кто-то кому-то что-то должен, кто-то с кем-то договаривается. Витя пытался все делать по закону, но иногда приходилось... ну, вы понимаете. Злобин понимал. За тридцать лет службы он видел достаточно "понимающих" чиновников. Но что-то в интонации Воронина его настораживало. — Дмитрий Борисович, я задам прямой вопрос: ваш друг был замешан в коррупционных схемах? — Боже мой, нет! — слишком быстро ответил Воронин. — То есть... Послушайте, я не могу знать все детали его работы. Мы друзья, но не коллеги по департаменту. Малышев поднял глаза от планшета. Парень обладал природным чутьем на ложь — качество, которое Злобин высоко ценил. — А вы не в курсе, с кем конкретно работал Кравцов последнее время? Какие проекты курировал? — Знаю, что занимался проверкой крупных государственных контрактов. Что-то связанное со строительством. Но детали... — Воронин развел руками. Выходя из департамента, Злобин чувствовал растущее беспокойство. Слишком много недосказанного, слишком много нервозности. — Он врет, — констатировал Малышев, как только они сели в машину. — Безусловно. Вопрос — в чем именно и почему. Телефон Злобина зазвонил. Марина. Сердце потеплело — жена всегда звонила в нужный момент, словно чувствовала, когда ему особенно тяжело. — Алеш, как дела? Не забыл, что сегодня к нам Лиза приходит ужинать? Он действительно забыл. В последнее время память стала подводить — возраст или усталость от работы. — Конечно, не забыл, — солгал он. — Во сколько? — В семь. Приготовлю твою любимую солянку. И постарайся не задерживаться — дочка хочет рассказать о новом деле в Следственном комитете. Марина никогда не упрекала его в поздних возвращениях, не устраивала сцен ревности к работе. Она понимала, что выбрала в мужья человека, для которого служба — не просто профессия, а призвание. В этом она кардинально отличалась от Ирины, которая постоянно требовала "нормальную жизнь, как у всех людей". — Обязательно буду, — пообещал он и действительно намеревался сдержать слово. Но планы изменились через час, когда они получили звонок от эксперта-криминалиста Федорова. — Алексей Сергеевич, тут интересная штука вышла. В сейфе Кравцова нашли потайное отделение. А в нем... — Что в нем? — Флешка и документы. Копии контрактов на сумму в полтора миллиарда рублей. Все подписи липовые, фирмы-однодневки. Классическая схема отмывания бюджетных денег. Злобин переглянулся с Малышевым. Картина начинала проясняться, и перспективы не радовали.