У Ольги в ушах до сих пор звучал голос декана, вручающего ей диплом: — 5 августа 2026 г. в 05:30:03.877
У Ольги в ушах до сих пор звучал голос декана, вручающего ей диплом: — Ну что ж, Горелова, поздравляю вас. И обязательно поблагодарите Соколова. Это ведь, в сущности, его заслуга. И диплом — это его. Так Ольгу не оскорбляли ещё ни разу в жизни. Ну что ж, она отомстит за своё унижение. — Знаешь, я, наверное, не пойду на этот дурацкий вечер, — вдруг произнесла она и тяжело вздохнула. Артём, притащивший огромный букет цветов, чтобы поздравить Олю с защитой диплома, изумлённо посмотрел на неё. — Как это? Ты что, Оля? Ну как же можно? Ведь все там будут. И наши, и все, кто выпускается, и все преподаватели. Это же такое событие. — Он от волнения поднял руки вверх, очевидно пытаясь показать масштаб события. — Вот именно такое событие все будут, — передразнила Ольга Артёма. — А мне совершенно нечего надеть. Совершенно. — Да как же так, Оленька? Быть такого не может. Ну давай что-нибудь купим. Да с твоей-то красотой тебе что угодно можно на себя надеть, и всё равно ты будешь красивой. — Я не хочу быть красивой, а хочу быть лучше всех, понимаешь? Я хочу сделать это для тебя, понимаешь? Я хочу быть самой прекрасной девушкой и хочу танцевать только с тобой, чтобы все увидели, как я благодарна тебе за всё и как я... Ну, ну, в общем, там уже и разберёмся. Артём был настолько потрясён тем, что услышал от Ольги, что даже не обратил внимания на то, как она оборвала фразу. — Оля, милая, я поверить не могу. Неужели это правда? Неужели я могу надеяться? — Он взволнованно и испуганно вскочил с места и сделал несколько неровных шагов. Его лицо, озарённое надеждой, мечтой, счастьем, как будто светилось и было каким-то странным образом почти привлекательным. Только Оля, разумеется, не понять и не заметить этого была не в состоянии. — Только знаешь, Артём, — улыбнулась она, — я тут кое-что придумала. Это очень интересно и романтично. Давай мы сделаем одну штуку. У меня будет платье лилового цвета. Вот я нашла такое, как я хочу. Правда, дороговато. Ну ты же займёшь мне, как обычно, да? Ну так вот. А ты наденешь галстук-бабочку такого же цвета, представляешь? И все сразу поймут, что мы, что мы... ну, в общем, что мы пара. Если бы Артём был меньше ослеплён внезапным счастьем, он обязательно заметил бы ехидную улыбку, которая скользнула по красивому лицу Оли, когда она произносила слова: «Мы пара». Но он, разумеется, ничего не заметил, с радостью оплатил стоимость платья и начал считать дни, оставшиеся до вечера, который должен был стать самым удивительным и счастливым в его жизни. Вечер был организован с большим размахом. Огромный трёхуровневый зал сверкал светильниками, прожекторами, лепниной и бог ещё знает чем. Везде прогуливались разодетые и разукрашенные в пух и прах женщины, в которых с большим трудом узнавались вчерашние девчонки-сокурсницы. Мужчины в явно стесняющих движения костюмах тоже были мало похожи на парней-студентов. А вот Артём чувствовал себя превосходно. Пожалуй, второй раз в жизни после того знаменательного вечера в окружении семьи Лёшки он находился там, где много людей, и совершенно не стеснялся своей немного несуразной фигуры, больших ушей и пятна на лице. Всё это было совсем неважно, потому что девушка, которую он любил, дала ему надежду на то, что он ей тоже, возможно, не безразличен. Она назвала их парой. Что может сравниться с этим? Все эти мысли заставляли его как будто парить над землёй. И даже костюм, который он никогда не умел носить и почти не надевал, в тот вечер сидел на Артёме как влитой, давая ощущение элегантности и уверенности в себе.