В соцсетях подросток показывает себя, а на сцене играет другого: почему это не одно и т...
В соцсетях подросток показывает себя, а на сцене играет другого: почему это не одно и то же И в социальной сети, и на школьной сцене подросток оказывается перед аудиторией. Его видят, на него реагируют, о нём складывается впечатление. На первый взгляд ситуации похожи, но устроены по-разному: в социальной сети подросток обычно предъявляет окружающим образ самого себя, а в спектакле — образ персонажа. Психологи называют самопрезентацией процесс, в котором человек показывает окружающим информацию о себе с учётом ситуации общения. В исследовании В. В. Федорова сравнивалась самопрезентация подростков в непосредственном общении и социальных сетях. Автор обнаружил сходные элементы, но их содержание и значимость в этих двух пространствах различались. Подросток выбирает фотографию, решает, о чём рассказать, какие интересы показать и что оставить за пределами публичной страницы. В. С. Собкин и А. В. Федотова рассматривают социальные сети в том числе как пространство, где подросток может пробовать разные способы предъявления собственной индивидуальности. Самопрезентация при этом не равна обману: человек и в обычной жизни не сообщает каждому собеседнику о себе всё. На сцене действует другое правило. Зритель заранее понимает: перед ним исполнитель, который играет персонажа. Биография, поступки, характер и отношения героя могут совершенно не совпадать с личностью ребёнка, которому досталась эта роль. В системе К. С. Станиславского работа актёра над ролью связана с обстоятельствами, задачами и логикой поведения персонажа. Исполнитель использует собственные возможности, но создаваемая на сцене жизнь относится к роли. Если школьник играет Хлестакова, это не означает, что сам он лжив и любит производить впечатление. Поступки персонажа не должны автоматически превращаться в характеристику ребёнка. В социальной сети фотография, текст и публикации обычно объединены одной рамкой: «это моя страница, здесь я представляю себя». Поэтому реакция аудитории связана с образом самого владельца страницы. На сцене публичный образ тоже существует, но зритель понимает, что костюм, реплики и поступки принадлежат персонажу. При этом неверно строить простую схему «театр — настоящее, интернет — фальшивое». Д. С. Корниенко и Н. А. Руднова отдельно исследовали именно фальшивую самопрезентацию подростков — создание идеализированного или не соответствующего действительности виртуального образа. Авторы обнаружили ряд связей с особенностями использования социальных сетей и одиночеством, но подчёркивают ограничения исследования. Поэтому переносить выводы о фальшивой самопрезентации на всех подростков нельзя. Для руководителя школьного театра здесь важна другая мысль. На репетиции полезно разделять два вопроса: «какой этот персонаж?» и «какой ребёнок его играет?». Если герой груб, труслив или самоуверен, это свойства роли, а не ярлык для исполнителя. Театр позволяет подростку создать публичный образ, сыграть его перед зрителем и после спектакля оставить на сцене. Это не гарантирует решения вопросов самооценки или отношения к социальным сетям. Но граница между человеком и созданным им образом в театре видна особенно ясно. Именно поэтому полезно напоминать подростку: создать образ и быть этим образом — не одно и то же. Андрей Кулыбко, член Российского союза писателей Основа: В. В. Федоров; В. С. Собкин, А. В. Федотова; Д. С. Корниенко, Н. А. Руднова; К. С. Станиславский.