АС

Александра Словетская | Клинический психоаналитик

Психология · 29 сентября 2026 г.

Открыть канал в MAX

🥹Когда пациент просто «слился»

🥹Когда пациент просто «слился» Иногда пациент не говорит, что хочет закончить терапию, он просто берёт и не приходит на следующую сессию. Потом не отвечает на сообщение. Потом ещё на одно, и постепенно становится понятно, что человек слился. Что это значит? Да Бог его знает, однозначного ответа нет. Это может быть формой отыгрывания, когда совершаются действия вместо слов. То, что трудно сказать или осознать, разыгрывается в отношениях. Например, «Я злюсь на вас» может превратиться в опоздание. «Я хочу проверить, будете ли вы меня искать» — в затягивание с ответом на сообщения. «Мне страшно зависеть от вас» — во внезапное прекращение контакта. Но это только одна из возможных гипотез. Человек может просто не иметь жизненного опыта разговаривать о подобных вещах. Может испытывать невыносимый стыд или вину. Бояться услышать что-то в ответ. Или действительно решить, что он отныне никому ничем не обязан и в гробу он нас видал... Иногда причина вообще не связана с терапией. Форс-мажор никто не отменял. В психоанализе особенно важно выдерживать неопределённость и не торопиться заполнять её собственной интерпретацией. Потому что... Что происходит с терапевтом? Здесь начинается другая история. Исчезновение оставляет аналитика без финального «The end». Не было последней серии. Не было финальных титров. Не было возможности спросить, с хера ли баня загорелась? И аналитик остаётся один на один с... неизвестностью. А в ней можно почувствовать тревогу. Раздражение. Оби­ду. Вину: «Что я сделал не так?» Иногда — облегчение: «Наконец-то закончилась эта тягомотина», а потом стыд за собственное облегчение. Или желание написать ещё раз. Проверить. А лучше позвонить. Начать розыск в соцсетях. Достучаться. Вернуть человека. И здесь терапевту тоже приходится выдерживать. Потому что и пациент имеет право слиться, но и аналитик имеет право испытывать по этому поводу весь спектр эмоций, в т.ч непечатных. И они не делают его плохим аналитиком, тут важнее другое — что он с ними делает. Фройд показал значение переноса и контрпереноса; позже аналитики британской школы объектных отношений, стали рассматривать переживания аналитика как важный источник информации о происходящем в отношениях. Поэтому после исчезновения пациента может быть полезно спросить себя, а что я сейчас чувствую? Кем я оказался в этой истории? Меня обманули? Мне бросили? Меня наказали? Не увидели моей ценности? Меня отвергли? Или я сам хотел, чтобы этот человек наконец перестал приходить? Иногда в этих чувствах можно обнаружить что-то о пациенте, а иногда — что-то исключительно о себе любимом. И это как раз то место, где нужна супервизия, чтобы отличить материал отношений от собственных бурных фантазий. Потому что пациент, который исчез, оставляет после себя пустое место, а человеческая психика очень не любит пустых мест. Она начинает очень быстро их заполнять. «Он ушёл, потому что я плохой». «Он ушёл, потому что сопротивляется, собака такая». «Он проверяет, буду ли я его искать». «Только мы глубоко копнули...». Любая из этих версий может оказаться правдой, а может и ни одна. Иногда самое психоаналитическое, что может сделать аналитик с исчезновением пациента, — выдержать то, что он не знает, почему человек ушёл и признать, что другой человек нам не принадлежит. #психоанализ #кейс #отношения