Она приняла тяжёлый букет и опять поразилась его терпко-сладкому аромату, который исход...
Она приняла тяжёлый букет и опять поразилась его терпко-сладкому аромату, который исходил будто от только что несколько минут назад срезанных цветов. — Чудесные розы. Просто удивительные, — вздохнула она с невольным восхищением. — Да, я очень рад, — встрепенулся он. — И… Ксения, может быть, вы мне позволите… Вы согласитесь… Я хотел бы пригласить вас… — Извините, Максим, но я не принимаю подобных приглашений, — прекратила она его мучения. — Значит, всё же не простили? — кивнул он. — Нет. Вы неправильно поняли. Вы здесь ни при чём, — улыбнулась она и вдруг совершенно неожиданно добавила: — Просто у меня есть человек, которого я люблю. — О… Что ж, это прекрасно. Я очень рад за вас и желаю вам счастья и успехов — творческих и в личной жизни. — Спасибо вам. — За что? — удивилась она. — За то, что вы есть, — вдруг тихо произнёс он. Больше она с ним не разговаривала, но большие тяжёлые букеты влажных, исходящих ароматом тёмно-бордовых, почти чёрных роз ей подносили на каждом концерте. Отношения с Андреем развивались стремительно. Андрей как-то незаметно для обоих поселился в её большой квартире, которую она купила после пары лет успешных гастролей и концертов. Андрей был представлен семье, и три поколения Соколовых внимательно пригляделись к нему. — Ксюшка, он что, не артист что ли? — хором удивились многочисленные родные и двоюродные братья, сёстры, племянники и прочая «шелупонь», как называл их дед Николай. — Доченька, если ты счастлива — то и мы тоже, — выразила мнение среднего поколения мама. Николай Петрович долго приглядывался к будущему родственнику. — Ты петь-то совсем не умеешь? — спросил он наконец Андрея. — Совсем, — вздохнул Андрей. — Известности у тебя никакой? — уточнил дед. — Совершенно никакая. Я самый простой человек, — кивнул Андрей. — Ну что ж. Главное, чтобы ты нашу Ксению любил так же, как мы. А может, и посильнее, — закончил дед официальную часть. — Андрей, а может тебе всё-таки попробовать построить карьеру? — начала как-то Ксения волнующий её разговор. После весьма скромной, как для звезды вроде Ксении, свадьбы они жили в её квартире. Андрей работал в небольшой фирме юрисконсультом. — Ведь ты же отличный специалист. Почему бы тебе не обратиться со своим резюме в какую-нибудь серьёзную компанию? Ну допустим, в тот же… ну как его… «СтройГрад», кажется. Ведь если они занимаются строительством, инвестициями, недвижимостью — наверняка у них огромная юридическая служба. Туда возьмут и с опытом на десять лет вперёд. — Занята, — усмехнулся Андрей. — А всё-таки ты бы попробовал. Ведь ты ничего не теряешь. Давай отправим твоё резюме им на рассмотрение. Ты же как раз последние два года оформлением недвижимости занимался, — начала Ксения уговаривать мужа. — Ведь я же вижу: ты в этой крошечной конторе просто изнемогаешь. Как она метко выразилась, в маленькой фирме по сдаче жилья внаём он мучился вовсе не из-за микроскопических масштабов дел, которые сам называл «тараканьей вознёй», и даже не из-за совсем небольшой зарплаты. Больше всего его угнетала собственная ограниченность по сравнению с нею, с Ксенией Соколовой.