Участковый Сергей Николаевич, которого в селе все звали просто Николаичем, прибыл на св...
Участковый Сергей Николаевич, которого в селе все звали просто Николаичем, прибыл на своём старом служебном автомобиле на удивление быстро. Узнав от вышедшей за калитку Татьяны суть дела, он лишь крякнул, поправил съехавшую фуражку и неспешно направился к погребу. Когда тяжёлую дубовую ляду наконец откинули, утренний солнечный свет озарил весьма комичную картину. Двое недавних вершителей судеб, грозные городские вышибалы, сидели на мешках с прошлогодней картошкой, обильно присыпанной трухой и сухим укропом. Их дорогие костюмы перепачкались в меле, которым Татьяна по весне обрабатывала стены, а на лицах читалась крайняя степень растерянности. Под прицелом табельного оружия участкового они безропотно поднялись по узким ступенькам наверх, щурясь от непривычно яркого света. — Ну что, любители чужих солений? — усмехнулся представитель закона, защёлкивая наручники на запястьях непрошеных гостей. — Поедем в отделение протокол оформлять. А ты, Татьяна, молодец. Бдительность — наше всё. Как только милицейский УАЗик скрылся за поворотом, скрипнула дверь соседского дома. На крыльцо вышли братья. Дмитрий выглядел так, словно только что заново родился. Он жадно глотал свежий весенний воздух и виновато прятал глаза. Андрей же, напротив, смотрел на Таню с таким нескрываемым восхищением, от которого у молодой женщины предательски порозовели щёки. Бизнесмен подошёл к ней вплотную. В его взгляде больше не было той снисходительности, с которой успешные люди иногда смотрят на простых работяг. Там было искреннее уважение и что-то ещё тёплое и неуловимое, от чего внутри у Татьяны сладко замерло. — Татьяна, Таня, — тихо произнёс он, слегка коснувшись её плеча. — У меня просто нет слов. Вы спасли нас, спасли моего брата от неминуемой расправы, а меня от самой большой ошибки в жизни. Я перед вами в неоплатном долгу. — Да брось ты, Андрей, — смущённо отмахнулась она. — Свои люди, сочтёмся. Главное, что всё обошлось. Ты сумку-то свою из сарая забери, а то мне такие капиталы хранить боязно. Прощание вышло немного скомканным. Андрею нужно было срочно возвращаться в город, чтобы раз и навсегда разрубить этот узел проблем. Он усадил поникшего Дмитрия на пассажирское сиденье машины, которую вызвал из райцентра, ещё раз обернулся, посмотрел на стоящую у калитки Таню и уехал, увозя с собой суету больших денег. Вернувшись в столицу, Андрей действовал жёстко и стремительно. Вся его деловая хватка, дремавшая во время ночных блужданий по шпалам, проснулась с удвоенной силой. Он назначил встречу кредиторам брата в нейтральном месте, светлом многолюдном ресторане в центре города, куда те явились, уже зная о печальной участи своих людей в деревне. Андрей положил на стол перед ними ровно ту сумму, которую Дмитрий брал изначально. Не копейкой больше. — Это основной долг, — его голос звучал ровно, но в нём угадывалась непреклонная сталь. — Ваши астрономические проценты мы списываем. Считайте это компенсацией за моральный ущерб и за то, что ваши ребята сейчас рассказывают сельскому участковому увлекательные истории о незаконном проникновении. Вы берёте эти деньги, и мы расходимся мирно. Иначе я подключу своих юристов, и настоящие проблемы начнутся уже у вас.