Муж инсценировал своё похищение, чтобы выманить выкуп. Но случайная буфетчица перепутал...
Муж инсценировал своё похищение, чтобы выманить выкуп. Но случайная буфетчица перепутала все его планы (Финал) Мужчина со шрамом обменялся быстрым взглядом со своим напарником. В их глазах мелькнуло удовлетворение. Добыча была рядом. — Именно, друзья! — усмехнулся второй, доставая из кармана пухлое портмоне. Он вытянул новенькую хрустящую купюру и покрутил ею перед лицом женщины. — А куда наш Димка побежал? Не приметила? Мы его очень обрадовать хотим. Должок вернуть. Танюша картинно облизнула губы, не отрывая взгляда от денег. Она осторожно, двумя пальцами забрала купюру, аккуратно сложила её пополам и сунула в глубокий карман своего халата. — Так чего же не приметить? Приметила. — Заговорщически понизив голос, затараторила она, оглядываясь по сторонам, словно боясь подслушивания. — Он как вашу машину-то заприметил, ещё на повороте. Так сразу ко мне во двор и юркнул. Говорит: «Спрячь, тётя Таня, сил нет». Ну я баба одинокая, мне чужие проблемы ни к чему. Он в мой погреб нырнул. Там у меня соления стоят, да картошка прошлогодняя. За бочками с огурцами и сидит, дрожит весь. — Погреб, значит, — процедил первый бандит, довольно потирая руки. — Ну, веди, показывай свои соленья. Татьяна закивала, открывая калитку и пропуская непрошеных гостей на свой аккуратный двор. Она шла впереди, легко ступая по знакомым дорожкам, ведя их прямо к задней стороне дома, где располагался вход в просторное подземное хранилище. Погреб у Татьяны был знатный, ещё дедом строенный, глубокий, прохладный, с надёжными ступенями, уходящими вниз, в темноту. Закрывался он массивной дубовой лядой, тяжеленной крышкой, оббитой по краям полосами железа для прочности. Сейчас эта ляда была откинута назад и опиралась на прочную деревянную подпорку. Из открытого зева веяло свежестью, яблоками и лёгким ароматом укропа. — Вон туда он побежал, вниз спрыгнул, — прошептала Таня, указывая в пугающую темноту. — Сидит там и не отсвечивает. Вы уж аккуратнее ступайте, ступеньки крутые. Городские визитёры, не ожидая никакого подвоха от простой деревенской тётки, уверенно шагнули к проёму. Первый бандит спустился на две ступеньки, вглядываясь во мрак. Второй последовал за ним, доставая из кармана фонарик. В этот самый миг Татьяна действовала молниеносно. Вся усталость и страх исчезли, уступив место невероятной сосредоточенности. Она резко выбила ногой деревянную подпорку. Массивная дубовая крышка, лишившись опоры, с пугающим свистом рухнула вниз. Раздался оглушительный удар дерева о каменную окантовку входа. Танюша, не теряя ни доли секунды, навалилась на крышку всем своим весом, схватилась за тяжёлую металлическую ручку и с размаху задвинула толстый, покрытый ржавчиной железный засов в проушину. Металл лязгнул, фиксируя надёжный замок. Снизу тут же донеслись сдавленные ругательства и приглушённые удары. Бандиты осознали, что оказались в идеальной западне. Выбить такую крышку изнутри, стоя на узких ступеньках, не представлялось возможным. К тому же телефонная связь под трёхметровым слоем почвы полностью отсутствовала. Женщина отряхнула руки, с удовлетворением прислушиваясь к возне под землёй. На её губах заиграла лёгкая, торжествующая улыбка. Она неспешно достала из кармана свой простенький мобильный телефон с потёртыми кнопками и набрала знакомый номер. — Алло, участковый. Сергей Николаевич, доброе утро. — Её голос звучал непринуждённо и радостно, словно она звонила пригласить соседа на пироги. — Слушай, дорогой, тут такое дело приключилось. Залезли ко мне в погреб воришки. Да-да, представляешь, среди бела дня. Видать, на мои маринованные помидорчики позарились. Я их там закрыла от греха подальше. Приезжай скорее, забирай голубчиков, а то они мне там с перепугу все банки перебьют.