КП

компульсивный постмодерн

Медиа и блоги · 1 ноября 2026 г.

Открыть канал в MAX

взаимодействует и закручивается вихрь. Или как стаи грачей. Нет грача, который связан с...

взаимодействует и закручивается вихрь. Или как стаи грачей. Нет грача, который связан с формой, которую стая создает, каждый грач просто движется по сложной траектории, согласующейся в реальном времени с траекториями других грачей. Но вместе это формирует как будто-то бы живущую отдельной жизнью сущность. Однако никакой общей «целой» формы нет, она есть только для нас, потому что то же, что делают грачи, делают нейроны в нашем мозгу. Всё это важно по двум причинам. Во-первых, это даёт ответ на изначальный вопрос о том, как формируется память: вероятно, она формируется из первичных связей, из фиксации моментов вроде «это похоже на это, это не похоже». Именно эти соотношения записываются первыми, а затем уже на их основе возникает иллюзия объектов, и эта иллюзия поддерживается существованием речи. Во-вторых, подобная система выглядит правдоподобной, поскольку нечто аналогичное наблюдается в работе механизмов живого в целом – например, генов. У нас нет генов, непосредственно определяющих форму руки (эдакий аналог концепции «целого»), которые бы буквально описывали, что должно быть пять пальцев, что на каждом пальце сверху должен быть ноготь. Гена, отвечающего за такие признаки, не существует. Вместо этого имеются взаимоотношения нескольких генов, эти гены могут отвечать за синтез других белков, за иные функции, но в совокупности они формируют контекст, в котором один или два гена довершают формирование, и в результате получается форма руки. Если отключить такой ген, рука немедленно приобретает иной вид, но сами эти гены не отвечают за форму «в целом». В каком-то смысле похожая система действует и при формировании и восприятии объектов (да и в работе мозга в целом: в нем есть «грачи», и нет «дирижера»). Цепочка ассоциаций собирается вокруг некой лакуны, которая и есть объект, описывая его, а то, что окончательно собирает его воедино, – это, по сути, слово, обозначающее данный объект. Возникающее по поводу этой пустоты ощущение – это эмерджентное свойство (граница), наслоенное на другое эмерджентное свойство (качество). Следует отметить, что объекты «существуют» и без слов – у животных, у младенцев. Их «пустоты» скрепляются не словами, а практикой, действием с объектом. Младенец создаёт объект, хватая его и отправляя в рот. В этом смысле «слово» – это лишь частный случай действия. Помимо прочего, косвенным подтверждением модели, согласно которой физические нейронные корреляты памяти представляют собой не отдельные предметы, а ассоциации, связи, отношения «похоже/непохоже», «одно следует из другого», «одно связано с другим», служит следующее наблюдение. Когда мы видим нечто новое, что не можем первоначально распознать, мы смотрим на это как на нечто ощущаемое, но не можем описать и запомнить. Это воспринимается как новая информация, абстрактный узор. Однако мы резко запоминаем это, и оно остаётся в памяти именно тогда, когда находим сходство: замечаем, на что это похоже. Стоит увидеть в абстрактном узоре изображение лица или животного – и образ сформирован, появилась буквально одна ассоциация, связавшая всё воедино. И уже из этой единственной ассоциации мы получаем память об этом хаосе. Соотношения определяют память. Вероятно, в таком контексте сами нейроны не имеют особого значения в том смысле, что клетки – это лишь «машинки», обслуживающие связи. В этом отношении нейрон является отражением «объекта» - он кажется функциональным центром и элементарной единицей, но это не так. Интересно, что сама система, в которой информация о предмете содержится не в отдельном нейроне, а в сети, заключает в себе ключ к интуитивному пониманию того, что в мозгу нет места, где могла бы быть записана информация о предмете самом по себе. Кроме того, эта модель перекликается со структуралистской идеей о том, что связи между означающими важнее, чем связь означающего с означаемым. Это буквальное воплощение данной идеи: объект не важен, важна сеть связей объекта с другими объектами, и именно эти связи его определяют, а не он сам по