— Мы разводимся, — буднично сказал муж. Я забрала выставленные коробки и уехала в неизв...
— Мы разводимся, — буднично сказал муж. Я забрала выставленные коробки и уехала в неизвестность — Чьи это коробки? — тихо спросила Наташа. В прихожей пахло упаковочным скотчем и пылью. Четыре одинаковых серых короба стояли прямо на её любимом ковре. Костя даже не обернулся. — Твои, — бросил он, заклеивая пятую коробку. — Я всё сложил. Наташа замерла. В голове зазвенела пустота. — Куда сложил? Зачем? — выдохнула она. — Мы разводимся, Наташ. Он сказал это так обыденно! Словно попросил передать соль за ужином. — Какой развод? — она сделала шаг вперед. — Костя! Мы шесть лет женаты! — Вот именно, — он наконец выпрямился. — Шесть лет в никуда. Я устал. Наташа оперлась спиной о стену. Ноги стали ватными. — Ты выгоняешь меня? Сейчас? Вечером? — Такси я уже вызвал. — Это и моя квартира тоже! — закричала она. Костя криво усмехнулся. — Напомнить, на кого оформлена зелёнка? Квартира принадлежала его матери, Эльвире Марковне. Они купили её в черновой отделке. Голые бетонные стены. — Но ремонт! — у Наташи сорвался голос. — Я взяла кредит! Один миллион двести тысяч! Я до сих пор его плачу! — Это был твой выбор. Он посмотрел на часы. — Твой миллион двести — это плата за шесть лет проживания в хорошем районе. Аренда вышла бы дороже. — Ты серьезно сейчас?! — Вполне, — отрезал Костя. — Такси ждет. Вещи в коробках. Мама приедет через час менять замки. Наташа бросилась в спальню. Открыла шкаф. Пусто! Он выгреб всё! — Ты даже бельё моё в коробки запихал?! — Я старался аккуратно. Её трясло. Хотелось разбить его самодовольное лицо. Но она лишь схватила сумочку. Слезы душили. — Ты мне за это ответишь, — прошептала Наталья, стоя в дверях. — Удачи, — бросил он. Дверь захлопнулась прямо перед её лицом. Май выдался холодным. Наташа сняла крошечную студию на окраине. Дешевые обои отклеивались. Кран на кухне монотонно капал. Кап. Кап. Кап. Капля за…