— Песок кидай и рот закрой, — рявкнул прораб. Через час я взял лом и снес их кривую кладку
— Песок кидай и рот закрой, — рявкнул прораб. Через час я взял лом и снес их кривую кладку — Ты, дед, песок кидай и рот закрой. Твое дело — тачка, а не чертежи, — прорычал Валера, отпихивая старика от поддона с кирпичом. — Угол завален на три сантиметра, — спокойно ответил Иван Матвеевич. — Пошел вон к бетономешалке! — рявкнул прораб. Иван Матвеевич молча поднял совковую лопату. Черенок привычно лег в загрубевшие ладони. Он не стал спорить. Он отвернулся и пошел к куче желтого карьерного песка. Песок был сырым. Тяжелым. На лопату налипало килограммов по десять за раз. Иван Матвеевич методично кидал его в жерло крутящейся бетономешалки. В свои шестьдесят два года он мог бы давно сидеть дома. Но дома была тишина. Оглушающая, давящая тишина после ухода жены. Ваней его теперь никто не называл. Для всех он стал просто старым Матвеичем. Чернорабочим на стройке элитного коттеджного поселка в апреле две тысячи двадцать шестого года. Платили две тысячи триста рублей за смену. Его задача была простой. Убирать мусор. Таскать тяжести. Подавать инструменты. По документам он числился подсобным рабочим. Валера, молодой подрядчик в чистых кроссовках и рубашке поло, не знал одной детали. До того как у Матвеича начал дергаться левый глаз от нервного напряжения, он тридцать лет работал каменщиком шестого разряда. Он реставрировал историческую кладку в центре города. Он возводил арки, которые держались без раствора за счет идеальной геометрии замкового камня. Сейчас он просто кидал песок. К обеду на объект заехала новая бригада. Трое молодых парней спрыгнули с разбитого фургона. Они громко смеялись. Распаковывали новые мастерки. — Так, орлы. Сроки горят, — Валера собрал их у фундамента. — За две недели нужно поднять первый этаж. Лицевая кладка плюс несущая стена из теплой керамики. Оплата за куб. Гоните объем. — Сделаем, начальник, — ответил старший из них, парень с татуировкой на шее. — Мы в прошлом месяце два ангара подняли. Матвеич стоял в десяти метрах. Он оперся на черенок лопаты. Ангары…