— Купил коляску? Переводи деньги, — писала мужу «Работа». Утром я подала на развод и см...
— Купил коляску? Переводи деньги, — писала мужу «Работа». Утром я подала на развод и сменила замки Купил коляску? Я выбрала ту бежевую с экокожей. Переводи деньги. — 02:14 Экран телефона Игоря загорелся в темноте спальни. Я зажмурилась от резкого света. Затем аппарат вибрировал снова. И не забудь про витамины. Меня тошнит от дешевых. — 02:15 Я смотрела на светящиеся буквы. Имя контакта было знакомым. «Работа». Последние три года Игорь стабильно уезжал к этой «Работе» по вечерам. Оправдывался горящими сроками в логистике. Я провела указательным пальцем по стеклу. Ввела код. 1985. Год его рождения. Он никогда не менял пароли. Экран открыл историю сообщений в мессенджере. Я не плакала. Я сжала холодный алюминиевый корпус телефона так, что край больно врезался в ладонь. Листала переписку вверх. Месяцы чужой жизни мелькали перед глазами. Врач сказал, будет мальчик. Точно! — август 2026 Алинка просит фрукты, купи по дороге. — июль 2026 Застройщик отдал ключи! Наши 34 квадрата! — май 2026 Мои зубы скрипнули в тишине. Я нажала на иконку аудиосообщения недельной давности. Приложила динамик плотно к уху, убавив громкость до минимума. — Гоша, я не собираюсь рожать в статусе любовницы, — прошипел молодой женский голос. — Ты обещал, что поговоришь с Иркой до осени. — Аля, потерпи, — это был голос моего мужа. — Ира должна закрыть мамину операцию со своего счета. Я выведу деньги, и сразу подам на развод. Клянусь, Алиночка. Я нажала на паузу. Положила телефон обратно на тумбочку. Точно на тот же миллиметр, где он лежал. Откинулась на подушку. Игорь ровно дышал рядом, раскинув руки на моей половине кровати. Семь лет бесконечных походов по врачам. Четыре протокола ЭКО, которые я оплачивала со своего бизнеса. И все это время мой Игорюша строил семью на стороне. Утром на кухне пахло жженой изоляцией. Старый тостер снова замкнул, но Игорь увлеченно соскребал тупым ножом гарь с куска хлеба. — Доброе утро, — сказал он, не оборачиваясь. — Доброе. — Ир, ты не…