ак резко, что хотелось остановиться и переждать. — 26 июня 2026 г. в 10:03:00.599
ак резко, что хотелось остановиться и переждать. Сейчас она коротко кивнула. — Пойдёмте. И шагнула к операционному столу. Боль протестовала. Тело требовало отдыха. Глаза слипались от усталости. Но здесь была её передовая. Не в окопах. Не под разрывами снарядов. Здесь. Под светом операционных ламп. Рядом с ранеными. Рядом с врачами. Рядом с людьми, которых ещё можно было спасти. И сдаваться она не собиралась. Из операционной они вышли, когда за окнами стоял серый осенний день. Такой же хмурый и усталый, как люди, работавшие здесь без отдыха. Полина сняла маску и прислонилась к стене. Казалось, сил не осталось совсем. Голова была тяжёлой, руки дрожали от напряжения, а ноги ныли так, будто по ним били молотком. Нина заметила её сразу. Она быстро подошла, заглянула в лицо и нахмурилась. —Где доктор? Идите кушать. Полина устало улыбнулась. — Сначала бы просто посидеть. — Нет уж, сначала покушать. Нина взяла её под руку и почти силой повела к столовой. — А потом домой пойдёшь? Полина тяжело вздохнула. — Да. Нужно бы отдохнуть. Немного отдохнуть. Она помолчала и всё-таки призналась: — Ноги очень болят. Нина сразу посмотрела на неё внимательнее. — Опять? — Опять. В голосе Полины не было жалобы. Скорее усталое признание. Она давно привыкла терпеть боль, но сегодня та особенно напоминала о себе. К счастью, новых раненых пока не привезли. Это была редкая удача. Полина быстро поела и направилась домой. — Иди, иди, — напутствовала её Нина. — А если что случится, я за тобой прибегу. Полина только кивнула. До дома тёти Раи было совсем недалеко. Она шла медленно, наслаждаясь самой мыслью, что впереди несколько часов тишины. Небольшая комнатка давно стала для неё настоящим спасением. Можно было просто закрыть дверь, лечь на кровать и хотя бы ненадолго забыть о войне. Осень в тот год выдалась тяжёлой и сырой. Дожди шли почти без конца. Земля размокла, дороги превратились в грязное месиво. Дни становились всё короче, а вечера приходили всё раньше. Иногда Полине казалось, что госпиталь и весь этот небольшой посёлок постепенно погружаются в бесконечную темноту. Однажды она сказала об этом Нине. Та только рассмеялась. — Да не темнота это. — А что тогда? — Просто ты забыла, что такое день. Полина удивлённо посмотрела на неё. — Как это? — А так. Ты всё время в операционной. Входишь туда затемно и выходишь затемно. Вот тебе и кажется, что солнца нет. Нина улыбнулась и добавила: — Сейчас госпиталь заполнен. Пока выздоравливающих раненых не отправят дальше в тыл, новых не привезут. Вот и увидишь наконец белый свет. Действительно, такие периоды случались. Когда свободных мест не было, раненых сюда не направляли. Тогда хирурги и операционные сёстры впервые за долгое время могли немного перевести дух. Работы всё равно оставалось много. Но это была уже другая работа - лечение тех, кого удалось спасти. Полина делала перевязки, делала уколы, следила за температурой, разносила лекарства. Она знала раненых по именам и лицам. Продолжение читайте завтра