ко тогда заметила Нину. Та стояла в коридоре и явно ждала её. В руках она держала письм... — 26 июня 2026 г. в 06:00:07.517
ко тогда заметила Нину. Та стояла в коридоре и явно ждала её. В руках она держала письмо, а на лице читалось какое-то особенное волнение. — Поля, это тебе, — тихо сказала она. Полина остановилась. Письма приходили ей редко, и сердце сразу тревожно дрогнуло. Она быстро взяла послание, взглянула на адрес и сразу узнала почерк Ольги. Мир вокруг словно исчез. Остались только бумага и строчки, написанные рукой родного человека. Полина присела прямо на подоконник и начала читать. Сначала на её лице появилась улыбка. Ольга писала, что добралась до Перми вместе с детьми, что рядом с ней Петя и Маша Кондрата, что они живы и здоровы. Потом шли новости о маленьком Коленьке. Полина узнала, что у неё появился ещё один племянник, сын Николая и Ольги. Она даже тихо засмеялась сквозь усталость, представив себе этого малыша. Но дальше всё изменилось. Чем дальше скользили её глаза по строчкам, тем медленнее она читала. Улыбка исчезла. Лицо побледнело. Полина перечитала одно место ещё раз, потом ещё. Будто надеялась, что ошиблась. Будто страшные слова могли измениться от повторного взгляда. Но они оставались прежними. Николай пропал без вести. Она долго сидела неподвижно, сжимая письмо в руках. Перед глазами вдруг встал брат — высокий, добрый, надёжный. Тот самый Коля, который всегда защищал её в детстве, который жалел всех на свете и никогда не проходил мимо чужой беды. Полина слишком хорошо знала, что означает эта страшная формулировка — «пропал без вести». За годы войны она слышала её десятки раз и прекрасно понимала, как редко после таких слов человек возвращался. От этого понимания внутри всё оборвалось. Нина присела рядом и молча обняла её за плечи. Полина даже не пыталась сдерживать слёзы. Они текли сами. Она плакала по брату, по Ольге, которая теперь осталась одна с детьми, по маленькому Коленьке, который, возможно, никогда не увидит своего отца. В письме Ольга не жаловалась, но Полина между строк чувствовала её боль. Видела её перед собой: усталую, измученную, с ребёнком на руках, среди чужих детей, которых тоже надо было кормить, лечить, растить. От этого становилось ещё тяжелее. Тётя Рая молча подошла к Полине, взяла её за руку и сказала, что на сегодня хватит. Полина не спорила. Сил спорить уже не осталось. Тётя Рая увела её домой. В своей маленькой комнате Полина сидела на кровати, слёзы катились по щекам. Это были слёзы не только по пропавшему брату. Она плакала от бесконечной усталости, от постоянного напряжения, от боли, которую каждый день видела вокруг себя. Она спасала людей, помогала врачам, боролась за чужие жизни, но перед смертью всё равно оставалась бессильной. Осень выдалась тяжёлой и кровавой. Казалось, сама война решила собрать свой страшный урожай. Машины с ранеными шли одна за другой. Ещё не успевали разгрузить одну, как у ворот госпиталя уже останавливалась следующая. Тех, кто мог терпеть дорогу и у кого были шансы перенести транспортировку, отправляли дальше, в глубокий тыл. А сюда попадали самые тяжёлые. Те, чья жизнь висела на волоске. Те, кого нужно было спасать немедленно. Продолжение читайте в 13-00